Объединится ли оппозиция вокруг фигуры Додона?

Главная / Аналитика / Объединится ли оппозиция вокруг фигуры Додона?
Антон ШВЕЦ
Уголовное дело в отношении бывшего президента Игоря Додона – событие нерядовое, уже спровоцировавшее выступления в столице. Но смогут ли эти протесты вовлечь широкие оппозиционные круги?
Игорь Додон, президент с 2016 по 2020 годы, получил серьёзные обвинения по четырём уголовным статьям, включая «измену родине». Уголовное преследование видных политиков с приставкой «экс» – в принципе распространённая практика на пространстве бывшего СССР. Сразу приходит на ум Украина, где заочно арестован Виктор Янукович и постоянно прессуется Пётр Порошенко. Легко вспомнить и беглого президента Киргизии Курманбека Бакиева, скрывающегося в Республике Беларусь. В нашей республике уголовный приговор в 2016 году получил экс-премьер Владимир Филат, некогда всемогущий политик, один из лидеров протестного движения 2009 года и созданного впоследствии «Альянса за европейскую интеграцию». В общей сложности коллега Майи Санду по либерально-демократический партии отсидел больше трёх лет и лишился существенной части своего имущества и активов. Ситуация с Игорем Додоном, несмотря на мало кем спрогнозированную серьёзность обвинений, развивается более или менее буднично и без перегибов. Решением суда бывший президент был оставлен под домашним арестом. Требования некоторых прокуроров, в том числе родственника Плахотнюка Петра Ярмалюка, о реальном содержании под стражей на время следствия удовлетворены не были. Вероятно, свою роль сыграла уклончивая позиция Майи Санду, которая поспешила отмежеваться от этого уголовного дела, сославшись на то, что узнала о нём из прессы, находясь за рубежом. Она также призвала прокуроров действовать в соответствии с законом: «…дело, как и другие, должно быть максимально прозрачным, а прокуроры не должны принимать решения, основываясь на давлении общественности. Каждый должен нести ответственность за совершённые им противоправные действия. И если данный господин считает себя честным, то ему не о чем беспокоиться…». Тем не менее, Игорь Додон заметно беспокоится и выбрал тактику борьбы при помощи политических аргументов и уличного давления. Сочувствующая ему партия социалистов уже организовала протесты у здания суда и президентуры. Додон, скорее всего, постарается разогнать протестную волну, осознавая наличие доказательной базы, как минимум, по некоторым обвинениям и видя в широкой народной поддержке единственный способ самозащиты. Тем более что казавшийся неисчерпаемым ресурс поддержки Москвы на этот раз, похоже, даёт сбой. Арест бывшего президента официально прокомментировали в России лишь на уровне спикера МИДа Марии Захаровой и чуть позднее Дмитрия Пескова. В обоих случаях речь шла о соблюдении процессуальных прав подозреваемого и призывах к объективному рассмотрению уголовного дела. Это говорит об ограниченности возможностей Кремля на молдавском направлении в нынешний период и неготовности Москвы жертвовать коммерческими интересами, например, «Газпрома» или кучурганской электростанции, для бессмысленной попытки реанимации политического проекта «Игорь Додон». К тому же его эффективность в свете последних лет могла вызвать большие вопросы в Кремле. В конце концов, главный итог кратковременного возвышения Игоря Додона – консолидация проевропейского и проамериканского сегмента вокруг фигуры Майи Санду с параллельным разгромом, зачисткой и деградацией большинства конкурирующих политических проектов. Более 10 лет в молдавской политике не было столь однозначного доминирования конкретной партии и никогда – партии с подчёркнуто антироссийской идеологией и направленностью. В этом смысле главные надежды остаться на свободе и в политике Игорь Додон должен связывать с организацией протестного движения. На сегодняшний день протестная активность его сторонников выглядит откровенно вяло. Нет нужной массовости, нет чётко сформулированных запросов к власти и программы. Во многом успех или провал уличного движения будет связан с тем, удастся ли Игорю Додону заполучить поддержку политических сил, напрямую с ним не связанных. В частности, определённый протестный потенциал имеет партия «Шор», у которой отобрали победу на местных выборах в Бельцах, а теперь сняли депутатский иммунитет с де-факто лидера Марины Таубер. Очевидно, что эту партию, судя по опросам, заручившуюся устойчивой поддержкой части электората, будут планомерно уничтожать. Поэтому её ответ в виде организованных народных выступлений неизбежен вне зависимости от интересов Додона. Однако остальные политические фигуры на сегодняшний день проявляют осторожность в силу различных причин. Бывший лидер ПСРМ за последнее десятилетие лет успел поссориться со многими значимыми политическими деятелями страны. Хорошо известны его очень конфликтные отношения с Владимиром Ворониным, вернувшимся в прошлом году в парламент. Отсутствует взаимопонимание между Додоном и Влах. Правда, она, как видно, планирует стартовать из Гагаузии в политику на уровне всей республики с аналогом «партии регионов» бывшего башкана автономии Михаила Формузала и гипотетически могла бы заинтересоваться ограниченным участием в протестах. Мэр Кишинёва Ион Чебан игнорирует уголовное дело в отношении Додона и сосредоточен на собственном партийном проекте, который, по всей видимости, будет иметь более центристскую и прорумынскую направленность, чем традиционные партии левого спектра в стране. Бывший премьер Ион Кику, являющийся открытым и активным критиком экономической политики действующей власти, также не торопится выражать солидарность с опальным бывшим президентом. Партия «Гражданский конгресс» открыто злорадствует по поводу возбуждённого уголовного дела, ведёт свою игру и явно не ориентируется на избирателей пророссийских взглядов. «Наша партия» Ренато Усатого разгромлена, сам политик и бизнесмен ушёл в тень. Ряд пророссийских общественных движений и объединений взяло паузу, определяется с позицией и ждёт сигналов из Москвы. Сам Игорь Додон в своё время не стал бороться с избирательным правосудием в Молдове, к примеру, не вступился за генерального прокурора Александра Стояногло, хотя сегодня это могло бы помочь убедить всех в политическом характере преследования уже самого экс-президента. В этих условиях Додону вряд ли удастся мобилизовать полноценный протестный потенциал, особенно в летние отпускные месяцы, что развязывает руки прокуратуре для максимально сурового приговора. Нельзя, правда, исключать и попытку побега бывшего главного социалиста страны при намеренном попустильстве властей, которые тем самым избавятся от все ещё опасного противника и лишат его политического будущего. Что касается Москвы, то можно ожидать в ближайшее время появления новых фигур на левом фланге, которые заручатся её поддержкой вместо «отставного» Додона.
1