Мнение: «Мир вступил в фазу глобального переустройства»

Главная / Комментарии / Мнение: «Мир вступил в фазу глобального переустройства»
Растущее число локальных кризисов наглядно отражает осыпание старого миропорядка. Предыдущие договоры в «спорных зонах» перестают работать либо их функциональность ослабевает, а новые ещё только предстоит создать
Сергей ЧЕБАН, RTA: Ситуация в мире продолжает закипать от непрекращающейся череды обострений локальных и региональных конфликтов. В конце прошлой недели Израиль начал военную операцию «Рассвет» против террористической группировки в секторе Газа. Одновременно растёт напряжение между Турцией и Грецией: Анкара пригрозила Афинам упреждающим ударом, если Греция не выполнит требований по демилитаризации островов в восточной части Эгейского моря. Нынешние международные отношения находятся в настолько натянутом состоянии, что было бы удивительно, если бы не рвалось там, где глобальная ткань наиболее тонкая. Военно-политические кризисы в различных мятежных регионах, сначала в Нагорном Карабахе, Палестине, а затем в Косово – яркий тому пример. Помимо осложнения отношений между Приштиной и Белградом на Балканах эксперты с тревогой наблюдают за деградацией квазигосударственного образования в виде Боснии и Герцеговины, которое зиждилось на Дейтоновских соглашениях. Так называемые «Беловежские государства», которые возникли в результате распада СССР – это тоже пример «договорного» постсоветского переустройства. Однако современные события, по сути, свидетельствуют о провале тех соглашений. Сейчас мы вошли в этап агрессивного переформатирования постсоветских территорий и перемалывания части образованных на заре 90-х государств. Из этого следует, что регуляторные и стабилизационные механизмы, заложенные в основу этих регионов, начинают давать серьёзные сбои или вовсе перестают работать. Всем державам, имеющим там интересы, приходится с одной стороны задумываться о создании новых моделей влияния и управления, дабы не допустить критического разрастания конфликтов, а с другой – предпринимать более активные военно-политические меры, в том числе в защиту своих подопечных. Особое внимание в этом смысле приковывает крупный международный инцидент вокруг Тайваня, где с официальным визитом побывала спикер палаты представителей конгресса США Нэнси Пелоси. Сложилось ощущение, что мир застыл на несколько часов и пристально следил за бортом американского чиновника, прилёт которого стал причиной Карибского кризиса 2.0. В отличие от вооружённых стычек на территориях с затяжными конфликтами, сюжет с Тайванем имеет куда более широкую проекцию и иные геополитические масштабы, поскольку напрямую связан с отношениями двух глобальных гигантов – США и Китая. Долгие годы одним из важнейших компонентов фундаментального консенсуса между Вашингтоном и Пекином был вопрос статуса Тайваня. Известно, что Ричард Никсон и Генри Киссинджер были главными архитекторами американо-китайского сближения, в результате которого Пекин получил возможность занять своё законное место в ООН, а в США появился отдельный закон применительно к острову, в котором признавалось единство суверенитета Китая. Такая герметичная стыковка с Китаем и инкорпорация Поднебесной в западную систему разделения труда в итоге дала Вашингтону серьёзное стратегическое преимущество, в том числе позволившее повергнуть СССР. Случившийся в начале августа эпизод вокруг Тайваня, скорее всего, стал переломным моментом, можно сказать, точкой разрыва и фактического отказа США от политики «единого Китая», несмотря на дежурные заявления Госдепа о сохранении приверженности такому принципу. По всей видимости, в недрах американского истеблишмента было принято принципиальное решение накануне выборов в конгресс продемонстрировать внешнеполитическую уверенность США и готовность действовать с позиции силы, ну а вместе с этим, условно говоря, проучить Пекин за его нерешительно-лояльную позицию в отношении Москвы, разрушающей территориальную целостность Украины. Если США решают «русский вопрос» через Украину, то «китайский вопрос», вероятно, Белый дом намерен решить через Тайвань. Однако тем самым американские власти открывают дополнительный фронт со своим главным стратегическим противником. Поэтому в ближайшие годы мы будем наблюдать дальнейший рост геополитических ставок и желание Соединённых Штатов переутвердить свои доминирующие позиции. Вопрос лишь в том, насколько было оправданным толкать Москву и Пекин друг другу в объятия и ускорять создание российско-китайской «Антанты». В ближайшее время состояние дел будет находиться в фазе накопительной многомесячной военной и политической эскалации с участием Китая, США и Тайваня с широким применением средств экономической войны, в которую впоследствии постепенно начнут втягиваться и другие страны региона, такие как Япония. В отличие от предыдущих тайваньских кризисов нынешнее обострение будет проходить на фоне открыто конфронтационных отношений Вашингтона и Пекина. По оценкам экспертов, в среднесрочной перспективе военное столкновение вокруг острова практически неизбежно, и оно станет событием катастрофических масштабов для всей мировой экономики. Похоже, что глобальная обстановка также продолжит расшатываться, а растущее число локальных кризисов ярко отражает осыпание старого миропорядка, когда предыдущие договоры перестают работать либо их функциональность ослабевает. Игроки за геополитическим столом пытаются прощупывать друг друга на сохраняющийся уровень заинтересованности, готовность реагировать и возможности в каждой конкретной проблемной зоне. Набор этих игроков по большому счёту один и тот же: Запад во главе с США, Китай, Россия, Турция, Иран и т.д. Поэтому, скорее всего, эти страны и блоки будут определять новые региональные балансы в формирующемся сегментированном миропорядке, в первую очередь, чтобы не допустить разрастания числа конфликтов, которые могут спровоцировать широкомасштабные военные действия. Такая диспозиция возвращает нас к прошлогодним разговорам о том, что разделительные линии недопустимы, и насколько Запад готов противостоять таким растущим попыткам переформовки, прежде всего, европейского континента. Кроме того, всех нас очень беспокоила мысль о том, на каком геополитическом полюсе окажется наша страна и в какой конфигурации будет окончательно разрешён «молдавский вопрос». Хочется верить, что ключевым акторам пока не до нас, и они не станут тестировать друг друга или разыгрывать опасные комбинации на нашей поляне. Тем не менее, нужно быть готовыми к тому, что в любом случае рано или поздно очередь дойдёт и до нас. То состояние, в котором мы жили предыдущие три десятилетия, уходит в историю, а грядущий рассвет или закат молдавской государственности уже не за горами.
1