«Гагаузский бунт»: напрасная ставка Москвы?

Главная / Аналитика / «Гагаузский бунт»: напрасная ставка Москвы?
Сергей ЧЕБАН
У Гагаузии нет достаточного потенциала, чтобы дестабилизировать ситуацию в масштабах всей Молдовы. Противостоянием центральным властям элиты автономии решают свои собственные задачи, далёкие от интересов Москвы
На протяжении нескольких месяцев в Гагаузии не прекращаются попытки максимально возмутить общественные настроения на фоне не самой хорошей социально-экономической ситуации в стране. По мнению экспертов, в автономии целенаправленно копится недовольство населения для создания в регионе крупного очага общенационального сопротивления, который потом должен перекинуться на другие районы Молдовы и вынудить центральные власти капитулировать. Кроме того, есть версии, что за антиправительственными акциями скрывается подковёрная борьба внутри самой автономии, а также заблаговременная подготовка к выборам башкана, после которых Ирина Влах будет обязана покинуть свой пост. К слову, давно курсируют предположения о желании самой Влах придать новое дыхание своей политической карьере. Поэтому происходящее сегодня в Гагаузии отчасти связывают в том числе и с восхождением нынешнего башкана на общенациональный уровень. Вполне возможно, что некоторыми группами влияния глава автономии видится достойным оппонентом Майе Санду на президентских выборах 2024 года. Ни для кого не секрет, что отношения между центром и Комратом почти всегда остаются несколько напряжёнными, а трения по тем или иным вопросам возникают регулярно. Одним из индикаторов не только наличия острых противоречий, но и желания их уладить является недавнее появление в Гагаузии экс-вице-премьера Владислава Кульминского, который зарекомендовал себя в качестве теневого кризис-менеджера ещё во время работы в правительстве Лянкэ. Судя по всему, пока что разногласия урегулировать не удалось. В итоге18 августа в центре Комрата появились силы специального назначения «Fulger» под предлогом проведения учений. По легенде спецназ МВД отрабатывал освобождение «захваченного террористами» корпуса Комратского университета. Однако такой демонстративный шаг сделали, скорее всего, чтобы показать гагаузским элитам всю серьёзность центральных властей на случай, если кому-то захочется «покачать лодку». Не стоит, конечно же, исключать и того, что накануне очередной годовщины провозглашения «Гагаузской республики» (19 августа) спецслужбы обладали дополнительными сведениями, которые вынудили силовиков действовать на упреждение. К тому же помимо попыток противиться решениям Кишинёва по тому же запрету георгиевской ленты и некоторых других ассоциирующихся с украинскими событиями символов, гагаузские политики кроме традиционных антиправительственных лозунгов позволяют себе и куда более опасные заявления. Например, об открытом ожидании российского вторжения в Одесскую область и далее в Молдову. Таким образом, вдобавок к приднестровскому региону гагаузская автономия продлевает дугу нестабильности и рисков для соседней Украины. Поэтому «предупредительный залп» Кишинёва в виде ввода спецподразделений МВД был неотвратим, равно как и поясняющие комментарии Майи Санду о том, что к гражданам, которые оправдывают действия России по отношению к Украине, должны применять жёсткие меры. В итоге 19 августа обошлось без каких-либо эксцессов, если не принимать во внимание очередной протест, организованный в столице сторонниками партии «Шор» в поддержку Марины Таубер. А вот партия социалистов из гагаузских событий выпала вовсе. Похоже у ПСРМ своя протестная тактика, хотя, несмотря на желание Игоря Додона объехать все районы страны, очередное продление на месяц домашнего ареста рушит все планы социалистов. Не стоит также исключать, что результаты недавних обысков у партийного бухгалтера совсем отобьют желание партактива открыто противодействовать власти. По мнению экспертов, на самом деле у Гагаузии нет достаточного потенциала, чтобы дестабилизировать ситуацию в масштабах всей страны. А московские силы, сделавшие напрасную ставку на отдельные политические группы в Комрате, ввязались в очередную запутанную молдо-гагаузскую историю, которая вряд ли поможет интересам России в регионе. Известно, что с гагаузами в Кишинёве давно никто всерьёз не считается, а вся нормативная база автономии – не более чем фикция. Поэтому на очередное желание Комрата «побузить» центральная власть ответила жёстко, ещё и пригрозив задействовать силу. В случае, если «гагаузский бунт» выйдет за пределы очерченного ему угла, то его быстро подавят. Население автономии вполне искренне выходит на протесты, требует поднять качество жизни, понизить уровень цен, снизить тарифы, а также уладить отношения с Россией. Тем временем гагаузские элиты уже давным-давно встроились в государственную систему. Они лишь периодически выражают недовольство урезанными возможностями и пытаются шантажировать центр, выбивая из него больше полномочий в различных сферах: от таможенно-фискальных до участия во внешней политике страны. Обострение противоречий с Комратом, как правило, происходит в период острых кризисов или ослабления позиций центральных властей. Было бы странным, если бы на фоне недовольства правительством и партией «Действие и солидарность» мы вновь бы не услышали «вопиющий глас» гагаузов. Наиболее активно настроенные деятели сепаратистского прошлого Гагаузии уже давно маргинализированы и выведены из игры, утратив возможность каким-либо образом всерьёз влиять на политические расклады. В гагаузской политике уже произошла смена поколений. Ирина Влах показала на своём личном примере, что гагаузам следует интегрироваться в молдавское общество и государство, говорить на одном языке с центральными властями, демонстрировать стремление жить в одном государстве и в конечно итоге попытаться получить больше возможностей для автономии. Звучащие уже несколько недель из автономии призывы к правительству договориться с Москвой по цене за газ, снять сельхоз эмбарго или дать возможность Комрату сделать это самостоятельно, будут вызывать лишь злость и раздражение у политической элиты в столице. «Московские уши» давно и отчётливо видны позади гагаузских протестов последних недель. И не только в пророссийских лозунгах, но и в болезненной реакции российской пропаганды по поводу недавних действий центральных властей. Ещё несколько недель назад казалось, что Москва желает развить хорошо продуманный план внутриполитического контрнаступления в Молдове, однако, по всей видимости, география политического влияния Кремля пока ужалась до пределов гагаузской автономии.
1