«Реформа юстиции Санду»: пиар-акция или возвращение практик Плахотнюка?

Главная / Евроинтеграция / «Реформа юстиции Санду»: пиар-акция или возвращение практик Плахотнюка?
Кристиан РУССУ
На фоне роста протестных настроений правящая партия перезагружает реформу юстиции, которая была одним из основных предвыборных лозунгов PAS. Но делает это в свойственной себе авторитарной манере
Санду против системы юстиции По итогам заседания Высшего совета безопасности 5 сентября Майя Санду обрушилась с критикой положения дел в молдавской юстиции и заявила о планах принять радикальные меры, чтобы уже в ближайшее время «навести порядок и восстановить справедливость». Выбор времени для выступления и его нарочитая «показушность» говорят о том, что правящая партия решила ускориться в очередном «реформировании юстиции». При этом за основу берутся известные наработки Владимира Плахотнюка по ручному контролю над системой правосудия, чтобы форсировать уголовное преследование представителей оппозиции и собственно завершить громкие дела против самого «кукловода». С одной стороны, это должно охладить пыл наиболее ярых оппозиционеров (показав решительность власти не церемониться с ними), а с другой – продемонстрировать, наконец, исполнение предвыборных обещаний по борьбе с коррупцией и наказании виновных, в том числе в «краже миллиарда». На закономерный вопрос, почему этого не получилось за целый год PAS у власти, у президента тоже нашелся ответ. Оказывается, скорому и справедливому совершению правосудия в стране мешают буквально все. Например, адвокаты, которые злоупотребляют правом в уголовных делах о большой коррупции и всячески затягивают вынесение приговоров в судах. Судьям тоже досталось: Майя Санду усомнилась в эффективности действующих судебных инстанций, а потому от имени ВСБ объявила о создании специальных судов или специализированных судейских коллегий. Последние должны быть учреждены Высшим советом магистратуры до конца месяца. Что касается органов прокураторы, руководство которых правящей партией было или смещено, или обновлено, то к ним претензий, ожидаемо, было меньше. Хотя глава государства в популистской манере и сказала, что хочет слышать о том, что арестованные активы Плахотнюка не просто заморожены, а уже поступили в бюджет: «Генеральная прокуратура сообщила нам, что сегодня арестовывается семь миллиардов леев. Мы сказали, что хотим обсудить вопрос о конфискованных деньгах, а не просто арестованных». Еще один «камень в огород» юстиции касался утечек информации об уголовных делах. Наш лидер заявила, что такая ситуация подрывает доверие к правосудию и расследованию, представляя доказательства того, что в системе существует коррупция. Поэтому члены Высшего Совета Безопасности предложили в качестве решения разработать некий механизм оценки этих нарушений. Негативно высказалась Санду и по поводу т.н. «телевизионного правосудия», когда под телекамеры проводятся обыски, аресты, а затем ничего не происходит. Громкий пиар… Грозные планы по ускорению реформ в сфере юстиции, о которых протрубила президент, вызвали целый вал недоумений, негативных откликов и обвинений в попытке установить политический контроль над сферой правосудия в стране. Можно было бы предложить, что объявленный Санду «крестовый поход» и сам по себе является PR-акцией, призванной хоть как-то оттянуть внимание общества от кипы социально-экономических проблем. Однако с учетом опыта прошлого, все это попахивает очередной попыткой адаптировать работу системы юстиции под интересы правящего режима. Уже спустя пару дней после заседания ВСБ о недопустимости подобной риторики заявил Союз адвокатов. Там выразили возмущение обвинениями в их адрес о злоупотреблениях, когда законодательство четко прописывает, как им исполнять профессиональные обязанности, и устанавливает процедуры, чтобы затянуть рассмотрение уголовного дела было невозможно. Они встревожены «риском, что верховенство права в Республике Молдова будет уничтожено». У таких опасений есть резоны. Прежде всего, вызывает вопросы, что в парламентской республике именно президент зачинает такие громкие и радикальные реформы. Стоит напомнить, что и ВСБ на самом деле не более чем консультативный орган без реальных полномочий. Поэтому требования этой структуры к органам юстиции смотрятся скорее как политический декор, что можно расценивать и как попытку политического вмешательства, и как пустое сотрясание воздуха. Власти, по сути, вновь идут по сколькой дорожке создания у населения иллюзии скорых перемен, попутно демотивируя представителей органов юстиции из-за возможных гонений и требований политической лояльности. …или политическая интервенция? Кстати, обвиняя следственные органы в том, что они занимаются «телевизионной юстицией», правящая партия, вероятно, забыла, что сама устраивала подобные акции с задержанием Генерального прокурора Александра Стояногло, неоднократными публичными призывами засадить за решетку руководителей партии ШОР и Игоря Додона. Силовые органы, естественно реагируют на политическую конъюнктуру и делают картинку, которую от них ждут. И на этом активная деятельность и судей, и прокуроров, как правило, заканчивается. Экспертам в области права хорошо известны главные причины такой плачевной ситуации. Среди них – нефункциональность Высшего совета магистратов и Высшего совета прокуроров, главными коллегиальными органами системы юстиции. PAS изначально ставила перед собой цель подчинить себе данные структуры. В 2021 быстро запустили процесс изменения законодательства и процедур, чтобы сменить их состав на более лояльный. Причем они были наспех одобрены без каких-либо консультаций с экспертным сообществом. Тем временем Высший совет магистратов не собирался уже 4 года.  Уже год как истекли полномочия всех его членов. При этом президентурой блокируется осуществление этим органом административных функций. 15 апреля ВСМ представил Санду список из 40 судей, которых по действующей процедуре необходимо переутвердить в должности. В судебном сообществе ожидали, что это будет сделано в течение месяца. Как бы ни так: 1 июня в прессу «слили» президентское письмо, где она отклонила кандидатуры 13 судей на том основании, что они якобы не соответствуют требованиям неподкупности и безупречной репутации. Каких-либо доказательств тому, разумеется, представлено не было. Таким образом, на этих судей повесили политический ярлык нечистоплотности, что вызвало осуждение не только судебного сообщества, но и независимых правозащитных организаций. Тогда Санду обвинили в отсутствии прозрачности и продолжении порочной практики Плахотнюка по отклонению предложений ВСМ. Все это привело к тому, что десятки судей не смогли продолжить работу, а, следовательно, все их дела оказались приостановленными на неопределённый срок. Спустя три месяца ситуация в этом вопросе из-за действий президента остается подвешенной. Помимо тех судей, которым отказали в продлении мандата, 27 кандидатур все еще находятся на рассмотрении. Некоторые из них в таковом статусе уже более двух лет. В одном из интервью министр юстиции Сергей Литвиненко честно признал, что все в этом вопросе зависит от президента, которая, по его словам, «серьезно отнеслась к своей атрибуции, так как она видит вещи». По каждому лицу ее офис заказал проведение неких проверок, что на деле можно расценивать как откровенное политическое давление. «Это неординарная ситуация до назначения следующего состава ВСМ. Когда у нас будет достаточно оценок, с нашей точки зрения, от команды президента, тогда мы примем решение по этим судьям», – заявила Санду. Нельзя сказать, что подобные авторитарные замашки являются неожиданными. Ранее эксперты уже наблюдали, как происходит перекомпоновка госинститутов, где находились неугодные власти лица. Это касается и Конституционного суда, состав которого был определен на основании политической лояльности. Зато позднее судьи КС получили беспрецедентное повышение заработной платы.  На очереди реформа ВСП, члены которой тоже избирались не без политического давления со стороны президентуры и министерства юстиции. Последнее недавно разработало законопроект, предусматривающий реформу ВСП, согласно которому каждому судье со стажем работы более 16 лет, прошедшему внеочередную аттестацию, будет установлен двойной оклад (по 63 908 леев в месяц). Как видим, методы особо не меняются. Действия правящей власти с одной стороны отдают пиаром без продуманной стратегии, а с другой угрожают очередной политизацией судебной системы и юстиции по примеру 2017 года, когда прокуроров обязывали подписывать заявления о лояльности режиму Плахотнюка. Это, конечно, очень далеко и от предвыборных обещаний PAS, и от европейских стандартов. Однако, похоже, что в стремлении к абсолютной власти Санду и ее окружение готовы вновь прибегнуть к инструментам, уже опробованным «бывшим хозяином Молдовы». При этом если еще недавно многие ставили знак равенства между режимами Санду и Плахотнюка, то скоро мы уже будем говорить о том, в стране сложилась еще более уродливая форма «захваченного государства», чем то было во второй половине 2010-х.
1