Молдова готова разрушать отношения с Турцией ради Брюсселя?

Кристиан РУССУ

Заявленный в конце прошлого года курс на развитие национальной экономики и привлечение инвестиций с самого начала обрекается на провал решениями, продиктованными лишь геополитическими соображениями

Изначальный энтузиазм по поводу назначения премьер-министра Александра Мунтяну во многом был обусловлен заявленным им приоритетом на развитие экономики и привлечение инвестиций. Максимальная деполитизация программы нового кабмина породила в обществе надежды, что впервые за годы прагматика возобладает над политикой и принесет, наконец, желанную стабильность. Экономический блок занял центральное место не только в программе правительства, но и отдельных министерств и ведомств. Даже МИД обязался в приоритетном порядке содействовать наращиванию экспорта и привлекать иностранный капитал. «Продвижение экономической дипломатии для повышения благосостояния граждан», по заверению Михая Попшоя, – одна из основных задач в 2026 году. Однако весьма вероятно, что таким благим намерениям не суждено воплотиться. Ведь на практике решения руководства страны по-прежнему продиктованы не национальным интересом, а геополитической целесообразностью. Нарастающая зависимость Молдовы от Европейского союза в вопросах внешней политики вкупе с желанием наших властей угодить брюссельским чиновникам грозят нам новыми проблемами. Речь тут не только о действиях, исключающих перспективы нормализации отношений с Российской Федерацией (к примеру, экспроприация активов российской компании «Лукойл»). Для того, чтобы добиться позитивных сигналов от ЕС, правящий режим готов пожертвовать даже отношениями с Турцией. Накануне председательства Республики Кипр в Совете Европейского союза наш МИД принял решение присоединиться к санкциям ЕС, введенным против Турции за «несанкционированную разведочную деятельность и бурение» в Восточном Средиземноморье. Эти санкции по инициативе Греции и Кипра были введены еще в 2019 году и предусматривали ограничения против государственной Турецкой нефтяной корпорации TPAO и ее руководства, а также для других госкомпаний в сфере энергетики. Политическая подоплека этого решения очевидна. Майя Санду вновь получила повод продемонстрировать солидарность с Брюсселем и добавить статусное фото в свое портфолио. Вряд ли нашему президенту были рады на мероприятии в Никосии, посвященном официальному началу председательства Кипра в Совете ЕС, если бы Михаем Попшоем для этого не была подготовлена соответствующая почва. В середине декабря Санду лично посетила Кипр для поиска возможных вариантов того, как угодить киприотам. После переговоров с кипрским лидером ей даже устроили экскурсию вдоль границы с Северным Кипром. Уже тогда стало понятно, чего стоит ждать в отношениях Молдовы с Турцией. Бесспорно, наши власти могут рассчитывать на лояльность кипрского председательства в следующие полгода в вопросах совместимости евроинтеграционной повестки и процесса реинтеграции. В том числе это касается крайне ожидаемого открытия переговорных кластеров, хотя этот расчет должен учитывать сохраняющуюся жесткую связку Молдовы и Украины. Именно с подачи кипрского министра по европейским делам в августе прошлого года началась медийная раскачка возможности интеграции нашей страны в ЕС в два этапа. Тогда Марилена Рауна заявила прессе, что для вступления Молдовы в ЕС урегулирование приднестровского конфликта не является обязательным и можно воспользоваться кипрским механизмом (который позволит распространить европейское законодательство на север острова, находящийся под турецкой оккупацией, когда ситуация это позволит). Аналогии с Приднестровьем и российским военным присутствием были проведены прямые. Позднее от этой идеи как практического варианта активно открещивались брюссельские чиновники, понимая сопутствующие сложности. Другой вопрос, чем обернутся такие сугубо конъюнктурные шаги в исполнении наших правителей, ведь Турция является одним из ведущих торговых партнеров Молдовы. По официальным данным, в нашей стране действуют 1179 предприятий с турецким капиталом на сумму около 1,1 миллиарда леев. Турецкие компании создали ряд успешных производств в таких областях, как текстильная и пищевая промышленность, дорожное строительство, мобильная связь, медицина и гостиничный бизнес. Объекты, ставшие визитными карточками Кишинева, – MallDova, Radisson Blu Leogrand Chisinau, Courtyard by Marriott Chisinau, Medpark, Crown Plaza, Международный аэропорт Кишинева, Arena Chisinau – были построены турецким бизнесом. Крайне важная в последнее время сфера энергетической безопасности также тесно связана с Турцией, ставшей основным транзитером углеводородов в Восточной Европе. Весь экспорт газа из Румынии в направлении нашей страны, Украины и Греции завязан на поставках из Турции. На текущий момент Анкара занимает третье место по объему поставок из Молдовы, почти 9%. Причем экспорт в эту страну в январе-октябре 2025 года по сравнению с аналогичным периодом 2024 года вырос в 1,7 раза. В структуре импорта Турция также занимает важное место с 7%, наряду с Германией. Развитие товарооборота между двумя странами произошло благодаря режиму свободной торговли, которого удалось достичь во времена Влада Плахотнюка. Спустя десять лет может сложиться ситуация, когда это соглашение окажется под угрозой. В последнее время чиновники из ЕС упоминали, что одной из мер воздействия на Турцию может быть прекращение действия таможенного союза. Если соответствующие инициативы будут запущены, то первыми на себе это почувствуют именно страны-кандидаты на вступление в Евросоюз, а не сами члены. В последние годы в Молдове отчетливо наблюдалась растущая динамика бегства капитала. Инвестировать в нас стали меньше на фоне внешнеполитических рисков и системных проблем в экономике. Своими очередными политизированными решениями власти делают невозможной диверсификацию в привлечении инвестиций, о которой сами говорят. Очевидно, что в среднесрочной перспективе Молдова лишь увеличит свою зависимость от европейского финансирования, лишая себя возможности взаимодействия с иными региональными центрами силы.