Почему выбор нового премьера – неразрешимая задача для Майи Санду

Кристиан РУССУ, RTA: Нынешний внутриполитический кризис, наносящий болезненные имиджевые удары по ключевым фигурам правящего режима, подтвердил неспособность последнего сбалансировать систему управления государством и наладить ее функциональность. В сентябре прошлого года мы стали свидетелями появления у власти фундаментальной проблемы, заключающейся в необходимости синхронизировать «теневое правительство» с институциональными структурами Молдовы. Давно не секрет, что в нашей стране все сферы, генерирующие сколь-либо значимые финансовые потоки, контролируются определенными группами влияния. Находящийся у власти политический режим, как и все его предшественники, стремится максимально использовать эти активы в своих интересах. О наличии конкурирующих кланов в правящей партии написано немало. Они находятся в постоянной борьбе за власть и ресурсы, а одним из основных инструментов в данном противостоянии является контроль над госинститутами. По итогам прошлогодних парламентских выборов власти кое-как удалось распределить сферы влияния и ключевые посты между различными группировками, однако камнем преткновения стала должность премьер-министра. Уход в тень бывшего главы кабинета министров Дорина Речана предполагал выдвижение на передний план банкира Василия Тофана, который должен был обеспечить преемственность курса на сохранение привилегированных условий для банковского сектора, а также провести ряд непопулярных реформ административного и налогового характера. Однако выдвижению Тофана воспротивились силы внутри PAS, посчитавшие несправедливым сценарий, при котором главный пост в стране отдается беспартийному кандидату. Версия об отказе Тофана от премьерских амбиций по семейным обстоятельствам кажется удобным объяснением, которое в политике используется нередко. Отсюда возникла вынужденная необходимость поиска главным «смотрящим», то есть Майей Санду, альтернативного «технического» кандидата – по сути, это был компромисс по принципу «ни вашим, ни нашим». Однако противоречия внутри власти никуда не исчезли. Признаки исчерпания лимита терпения в кланах PAS по отношению к деятельности премьера Мунтяну проявлялись еще весной на фоне энергетического кризиса, усиления аппаратного противостояния и попыток перераспределения сфер влияния, включая контроль над авиаперевозками. Уже тогда одна из группировок начала активно продвигать в информационное пространство мнение о том, что только партийный премьер способен дать стране эффективное управление. Последующий массированный вброс компромата затронул непосредственно президента, которую вынудили фактически перевести огонь на премьера, чтобы убрать себя из-под удара. Можно сказать, что Санду пришлось косвенно признать ошибочность навязанного осенью прошлого года решения по главе правительства. Таким образом, участники внутривластной борьбы вновь вернулись к ситуации осени прошлого года, когда нужно определиться с кандидатурой премьера от одного из конкурирующих лагерей, что неизбежно будет расценено кланами как победа одной стороны и поражение другой. Так называемый «публичный манифест» Василия Тофана о необходимости радикальных реформ и недвусмысленной готовности взять на себя ответственность за Молдову, находящуюся «на перепутье», является не чем иным, как второй попыткой группы Речана расширить свое влияние и посягнуть на активы, контролируемые «обкомом» PAS. Следует признать, что эта попытка в целом оказалась удачной. Открыто противопоставить что-либо столь демонстративному шагу, получившему значительную публичную поддержку, группа молодых, но уже опытных функционеров PAS пока не может. Нет ни альтернативной концепции, ни собственной программы, ни согласованного лидера, хотя в качестве таковых вполне могли бы выступить и Дан Перчун, и Дойна Герман, и другие представители руководства партии. Вполне возможно, что, следуя методам Влада Плахотнюка, «серый кардинал» Дорин Речан собрал достаточный объем компрометирующих материалов на всю верхушку PAS, и в особенности на команду «кентов». Этот компромат продолжают точечно сливать, оказывая стимулирующее давление с целью склонить всех к согласию на непартийного кандидата. Этим, вероятно, объясняется наблюдаемое демонстративное, но молчаливое неприятие попыток навязать якобы «технического» Тофана без четкого выдвижения встречного предложения. За правящую партию в медийном поле по-прежнему вынуждены отдуваться мэтры молдавской политики, такие как Ион Стурза, и прочие эксперты. Судя по всему, внутри партии пока лишь продолжают шантажировать оппонентов отказом в поддержке непартийного кандидата по румынскому сценарию. Помимо сугубо политического аргумента об отсутствии партбилета у противников Тофана есть к нему и вполне понятные претензии. Он представляет банковский сектор, который за последние четыре года получил немыслимые сверхприбыли. Наши банки стали значимым кредитным партнером для государства, зарабатывая на контрактах под грабительские проценты: от 10 до 22%. Планы радикальных реформ прямо предполагают существенное урезание бюджетных расходов при сохранении комфортного положения банкиров. И сидящим на финансовых потоках из других сфер функционерам PAS такие планы Тофана явно не по душе. Для Майи Санду провал утверждения выдвинутого кандидата в премьеры может стать болезненным ударом по собственному имиджу «главного арбитра» страны. Ей необходимо не просто определиться со сменщиком Мунтяну, но и запустить операцию «Преемник», что еще больше усложняет выбор. Номинировать человека из рядов PAS означает проигнорировать позиции усилившегося непартийного клана и обречь страну на открытое противостояние, в котором положение самой Санду будет становиться всё более шатким. При этом поддержка получившего общественный мандат Тофана станет ударом по ядру собственной команды в партии и лишит последнюю политических перспектив. Есть и третий путь – продолжать лавировать, предлагая альтернативные и относительно новые фигуры, уже успевшие освоиться на политическом олимпе. К таким вполне можно отнести вице-премьера Осмокеску, которого оставили исполнять обязанности премьер-министра после публичного унижения его предшественника. Осмокеску уже дал понять, что усвоил основы современной политической культуры и цинизма, а также не боится брать на себя ответственность за проведение непопулярных реформ. Кроме того, он успел заручиться поддержкой чиновников в Брюсселе, непосредственно курирующих молдавское направление – для внутренней аудитории этот аргумент остается все еще убедительным. Теперь нужно лишь поставить конкурирующие кланы перед фактом в условиях неспособности достичь соглашения. Однако подобный компромисс вновь окажется временным, принципиально не снимая существующих внутривластных противоречий, а лишь откладывая момент принятия стратегического решения о дальнейшем курсе правления. В этом случае вопрос будет заключаться лишь в том, успеет ли к тому времени сформироваться новый баланс сил, который позволит выйти из нынешнего политического цугцванга, либо правящий режим окончательно перейдет в режим крутого пике.