Румыния балансирует на грани политического коллапса

Если ключевые политические силы не смогут найти компромисс в ближайшие недели, то нынешний и так затянувшийся кризис быстро выйдет за рамки парламентского противостояния

Румыния преодолела тревожный психологический рубеж – 100 дней с момента начала самого затяжного внутриполитического кризиса в своей новейшей истории. То, что весной казалось рядовым парламентским конфликтом, сегодня переросло в системное явление. Местная политическая элита, традиционно позиционирующая себя как оплот европейской стабильности на восточном фланге ЕС, продемонстрировала полную неспособность к компромиссу даже перед лицом экзистенциальных угроз. С 5 мая соседняя страна живёт в условиях парализованной исполнительной власти, после того как сформированная прошлым летом широкая проевропейская коалиция PSD – PNL – USR – UDMR так и не смогла восстановиться. Ситуация уже начала угрожать национальной безопасности, наложившись на каскад внешних и внутренних вызовов. По сути, за прошедшую стодневку политическая система Румынии так и не смогла произвести замену свергнутого кабинета, а правительство де-факто действует во «временном» режиме во главе с тем же самым Боложаном. При этом оно обладает очень ограниченными полномочиями и, что самое главное, не опирается на устойчивое парламентское большинство. Президент Никушор Дан, на которого конституция возлагает задачу формирования нового кабинета министров, предпринял несколько безуспешных попыток найти премьера, способного заручиться проходным количеством голосов депутатов. Первым кандидатом стал советник главы государства Еуджен Томак, однако впоследствии он был вынужден отказаться от мандата, не сумев обеспечить себе необходимую поддержку. Затем президент выдвинул бывшего первого заместителя председателя Национал-либеральной партии (PNL) Адриана Вештю, но и его кандидатура разбилась о глухую стену партийных интриг. Основная проблема продолжающегося клинча кроется в фундаментальном несовпадении политических интересов ключевых парламентских игроков. Социал-демократическая партия (PSD), чей выход из коалиции и последующее голосование вместе с правой партией AUR и частью оппозиции спровоцировали кризис, сегодня допускает возвращение к широкой коалиции. Но при этом она выдвигает жёсткие условия, одним из которых является пост премьер-министра. PNL во главе с Боложаном категорически не желает возвращаться к прежней формуле власти с PSD, считая, что досрочные выборы позволят им улучшить позиции и избавиться от гегемонии социал-демократов. Союз спасения Румынии (USR) также не особенно желает возвращаться к предыдущей коалиционной модели. Особую роль в этом политическом тупике играет партия AUR и её лидер Джордже Симион. По данным свежих социологических опросов, она уже стала крупнейшей политической силой в стране, опирающейся на солидную электоральную поддержку. Суверенисты напрямую заинтересованы не в урегулировании кризиса, а в его максимальном затягивании – каждый день такого «простоя» добавляет веских аргументов в общении с избирателем, которого они будут убеждать в неспособности старого политического класса управлять государством. В результате AUR, вероятно, сможет конвертировать общественное недовольство в электоральный капитал, ожидая момента, когда можно будет диктовать свои условия по итогам досрочных выборов. Тем не менее к середине августа политическая конъюнктура определила наиболее реалистичный сценарий выхода из сложившегося тупика – формирование правительства меньшинства. 13 августа лидер PSD Сорин Гриндяну прямо заявил, что следующий кабмин, скорее всего, будет миноритарным и работа по его созданию начнётся после возобновления работы парламента 1 сентября. Для политических элит этот вариант, по сути, – единственный способ избежать немедленных досрочных выборов, сохранив при этом пространство для манёвра. Однако речь всё равно идёт о временной, сугубо технократической конструкции. И можно прогнозировать, что её постигнет та же учесть, что и предшественников, после того как будут решены три ключевые задачи: принятие государственного бюджета на следующий год, выполнение обязательств перед ЕС и проведение необходимых фискальных реформ. Альтернативный сценарий – исключительно досрочные парламентские выборы. Невзирая на то, что этот вариант пользуется поддержкой лишь у трети избирателей, его тоже рассматривают как одну из возможных мер. Никушор Дан категорически против роспуска парламента, ссылаясь на сложность конституционной процедуры. Впрочем, подлинные причины такой позиции кроются в боязни того, что выборы в условиях нынешнего социально-экономического недовольства неизбежно приведут к резкому усилению суверенистов AUR и иных несистемных политических сил. Таким образом, традиционные элитарные группы Румынии стоят перед сложным выбором – либо неустойчивое правительство меньшинства, либо почти неотвратимая катастрофа на выборах. Цена нынешней политической нестабильности сильно возрастает из-за наложения на неё иных кризисных проявлений. Рекордное падение уровня Дуная в августе привело к вынужденной остановке обоих реакторов АЭС «Чернаводэ», которая в обычных условиях обеспечивает около 20% потребляемой страной электроэнергии. Правительство объявило энергетическую тревогу, призвав население и предприятия к жёсткой экономии, а также экстренно увеличило импорт электричества. Природная неурядица фактически трансформируется в политическую, так как ожидаемый рост тарифов, ограничения для промышленности и угроза веерных отключений грозят вызвать социальный взрыв, который окончательно подорвёт позиции нынешних парламентских сил. Не менее серьёзный вызов лежит в сфере безопасности из-за того, что война в Украине все чаще напоминает о себе. В конце июля румынские истребители F-16 впервые уничтожили российские беспилотники, нарушившие воздушное пространство страны. А 11 августа румынские военные уничтожили в Чёрном море два беспилотника, обнаруженных в непосредственной близости от стратегического газового проекта Neptun Deep. Не внушает оптимизма и общая эскалация в черноморском бассейне, оказывающая влияние не только на энергетику, но и на логистические возможности Румынии. В краткосрочной перспективе наиболее вероятным сценарием остаётся формирование ограниченного правительства меньшинства, опирающегося на ситуативную парламентскую поддержку. Между тем стратегически главным бенефициаром затянувшегося кризиса всё равно будет партия AUR. Чем дольше проевропейские силы будут неспособны нормально управлять государством, тем убедительнее будет звучать риторика суверенистов. Если ключевые политические группы не смогут найти компромисс в ближайшие недели, то со временем кризис легко выйдет за рамки парламентского противостояния. Эти условия создадут идеальную почву для усиления протестных евроскептических настроений у избирателей, которые будут воспринимать бессилие действующих политиков справиться с накопившимися проблемами как доказательство несостоятельности всей существующей модели государственного управления. Понятно, что в Кишинёве не могут игнорировать происходящее у ближайших соседей. Более того, для нас поведение нынешнего румынского политического класса, судя по всему, не сулит ничего позитивного. Исторически Румыния для Молдовы является главным стратегическим союзником, окном в Европу, а сейчас ещё и единственным гарантом энергетической и экономической безопасности. Но подобные инертность и паралич воли в Бухаресте сейчас создают тревожные настроения и у наших правящих элит. Ведь в случае, если Молдова окажется в ситуации острого кризиса или столкнётся с серьёзными вызовами, она вряд ли сможет рассчитывать на серьёзную поддержку Румынии. В условиях вязкой внутриполитической обстановки вкупе с возможным временным правительством, занятым исключительно минимальной стабилизацией ситуации в стране, соседи в меньшей степени будут готовы принимать какие-либо принципиальные политические решения в молдавских интересах. Это может касаться как практических оборонительных мер, так и концептуальных разговоров о будущем двусторонних отношений (унире), которые скорее будут отложены в долгий ящик ради сохранения статус-кво.