О чём говорит приезд нового посла США в Молдову

Кишинёв ждал нового американского посла около двух с половиной лет и вот наконец дождался. Республиканец Джозеф Марк Буркхалтер прибыл в столицу 25 сентября, спустя несколько дней вручил оригиналы верительных грамот Майе Санду и в тот же день провёл рабочую встречу с Василе Тофаном. Темп более чем хороший и, по всей видимости, заокеанский дипломат абсолютно без раскачки включается в гущу внутриполитической жизни нашей страны. На фоне своих предшественников, вышедших из недр Госдепартамента, Буркхалтер выглядит человеком совершенно из другого мира. Многолетняя работа в законодательном органе Джорджии, а также в сфере бизнеса и консалтинга говорит о том, что посол привык читать не дипломатические донесения, а скорее балансовые ведомости. Как известно, администрация Трампа повсеместно заменяет карьерных послов своими политическими назначенцами с предпринимательской жилкой, а внешняя политика США приобретает всё более явный транзакционный облик. Поэтому перевод Молдовы в такой внешнеполитический разряд уже сам по себе является сигналом. В первую очередь это означает, что в американском восприятии мы перестаём быть «идеализированным проектом поддержки демократии», который требует постоянной грантовой подпитки, и сотрудничество переводится в совершенно иную плоскость. Символическая точка на этой старой модели внешнеполитического конструирования была поставлена в момент ликвидации USAID, которая обрушила финансирование целого слоя прозападных медиа и неправительственных организаций нашей страны, а образовавшуюся финансово-грантовую дыру пришлось закрывать европейскими деньгами. Поэтому на первых порах Буркхалтеру предстоит столкнуться с уже отчасти изменившейся реальностью, где главным донором всё ещё влиятельной неправительственной «демократической инфраструктуры» выступает Брюссель со своим планом роста и периодическими денежными инъекциями для «свободной прессы» и «лидеров общественного мнения». Так или иначе, но фокус Посольства США, как нам кажется, продолжит сдвигаться с грантов для НКО на стимулирование реального сектора, привлечение инвестиций, реализацию конкретных инфраструктурных проектов, создающих реальный экономический эффект, который можно пощупать и увидеть в цифрах. Для действующей власти прибытие Буркхалтера совпало ещё и с непростым внутриполитическим состоянием и грядущим напряжённым электоральным календарём. Власть стремительно теряет опору с рекордным уровнем недоверия граждан, чрезвычайным положением в энергетике и гидрологическим кризисом, которые в совокупности формируют всё более очевидные предпосылки для дальнейшего ослабления вплоть до политического коллапса правящего режима. В следующем году предстоят местные выборы, которые в наших условиях станут генеральной репетицией перед президентским циклом-2028. Слабеющая партия «Действие и солидарность», очевидно, является плохим объектом для долгосрочных вложений. Следовательно, вполне возможно, что посол будет заниматься переформовкой молдавского политического спектра. Предварительная раскладка более-менее ясна. В беседе с Санду Буркхалтер обозначил два направления – расширение экономических возможностей и укрепление региональной безопасности. На встрече с Тофаном они обросли некоторыми деталями, касающимися проектов в логистике, сельском хозяйстве, автодорожной и железнодорожной инфраструктуре, энергетической безопасности и стоящего особняком вопроса закупок сжиженного газа из США. Для американского бизнеса Молдова сама по себе вряд ли является предметом отдельной стратегии – скорее всего, нас видят как своего рода «страну-подскока» и тыловую базу на пороге грядущего крупнейшего строительного проекта по инфраструктурной реабилитации Украины. Учитывая то, что восточноевропейское направление американской внешней политики рассматривает молдавскую территорию в рамках большого кластера, в который входят Румыния, Украина с её причерноморскими территориями, это значит, что США заинтересованы в региональной стабильности как в базовом условии любых будущих сделок. Неслучайно перед визитом посла заметно оживились контакты наших правоохранительных органов с американскими силовыми структурами. Пока сотрудники ФБР и смежных служб курсируют между посольством и молдавскими ведомствами, а содержание встреч не раскрывается. Впрочем, ни для кого не секрет, что за последние годы Молдову плотно окутали контрабандные сети, через которые транспортируются оружие и наркотики. В стране вольготно чувствуют себя и мошеннические колл-центры, обзванивающие жертв по всей Европе. Силовой блок республики при этом погружён в глубокий кризис. Кадровые скандалы, включая свежие эпизоды с детьми и родственниками действующих и бывших высокопоставленных чиновников, подтачивают остатки доверия к правоохранительной системе. Главная же интрига, которая будет выстраиваться в ближайшие годы на нашем политическом поле, заключается в том, что впервые за многие годы Брюссель и Вашингтон предлагают нашей стране не взаимодополняющие, а конкурирующие модели влияния. Евросоюз, вероятно, будет пытаться сохранить свои рычаги через уже анонсированную дорожную карту евроинтеграции с прикрученным многолетним бюджетом, требованиями реформ и удержанием страны в жёстком евроинтеграционном фарватере. США же, скорее всего, будут предлагать устойчивую энергетику, технологии и строительство, а также более уверенный доступ на американский рынок. Именно таким образом Вашингтон, судя по всему, планирует уравновесить нынешнее европейское влияние. Для нашего правящего режима, ориентированного преимущественно на леволиберальный мейнстрим ЕС, это, конечно же, не альтернатива, а значительный вызов и необходимость балансировать на грани. Даже некоторый крен в сторону США может пошатнуть позиции PAS, в результате чего она либо утратит многолетнее монопольное положение, либо и вовсе окажется выбитой в оппозицию. Более того, если американский канал поддержки решит работать напрямую с бизнесом и оппозицией, прозападность перестанет быть эксклюзивным активом PAS. Следствием этих процессов может стать постепенная трансформация молдавских элит, так как при устойчивой евроинтеграционной динамике и нарастающем американском экономическом присутствии часть правящих групп будет ориентироваться уже не только на Брюссель, но и на консервативный Вашингтон со всеми последствиями для нашего внутриполитического расклада. Буркхалтер, будучи опытным экс-законодателем, скорее всего, будет выстраивать взаимодействие с разными политическими силами, в первую очередь с активной оппозицией и региональными элитами. Среди вероятных контрагентов можно выделить Ренато Усатого и Василия Костюка, но со временем в поле зрения американцев могут войти фигуры второго плана, у которых ещё есть время выйти на авансцену в качестве свежего политического дыхания к электоральному циклу 2027-2028 годов. Как известно, наша оппозиция последние годы находилась практически в изоляции из-за того, что американское посольство общалось почти исключительно с правящей партией, а все альтернативные силы чуть ли не автоматически маркировалась как пророссийские. Поэтому нормализация дипломатической работы за счёт широкого охвата политсил будет означать, что Вашингтон планирует играть вдолгую и не поддерживает монополизацию прозападного поля одной лишь PAS. У американского присутствия в Молдове есть и вторая проекция, которая связана с назначением главой миссии ОБСЕ в Молдове кадрового дипломата Кристофера Смита. И тут прорисовывается любопытная дипломатическая конфигурация, когда посол отвечает за экономику и бизнес, а начальник местного представительства ОБСЕ – за политическую часть работы США на молдавском направлении, которая включает вопросы безопасности и приднестровское досье. Главный же стратегический вопрос, который предопределит дальнейший ход событий, – в какой парадигме будет решаться геополитическая судьба Молдовы. Одна из них – это, условно говоря, «Одесский треугольник», где Молдова, Румыния и Украина образуют региональную ткань через коридоры, энергетику и причерноморскую безопасность, ориентируясь главным образом на Брюссель. Вторая модель связана с переговорным треком США, России и Украины, в котором Молдова вполне может быть прописана отдельной строкой в итоговом документе об урегулировании конфликта. Каким бы ни оказался ответ на вопрос, с какой миссией в Кишинёв прибыл новый американский посол, его приезд точно станет точкой отсчёта во внутренней политике Молдовы. Эпоха безусловной поддержки PAS и почти монопольного влияния Брюсселя на решения молдавской власти, похоже, подходит к концу. Вашингтон всё заметнее включается в молдавскую и более широкую региональную игру со своими интересами, экономическими расчётами и представлением о стратегическом статусе этого регионального пространства.