Эксперт: Проблемы PAS в отношениях с Киевом будут нарастать

За внешней идиллией молдо-украинских отношений постепенно накапливаются противоречия, которые становится все труднее игнорировать. Интересы двух государств далеко не всегда совпадают, а их главное внешнеполитическое противоречие, связанное с перспективами европейской интеграции, постепенно приобретает по-настоящему острый характер

Сразу два инцидента с украинскими пограничниками, оказавшимися на территории Молдовы в ходе преследования бегущих от мобилизации сограждан, стали еще одним неприятным эпизодом в отношениях Кишинева и Киева. В первом случае, произошедшем 15 октября возле села Холошница, дело дошло до столкновения с местными жителями, которые вступились за преследуемого украинца. Последний оказался в больнице, а украинских силовиков задержали вместе с оружием. Спустя два дня аналогичная история повторилась в районе Василкэу. Нашей прокуратуре пришлось открыть два уголовных дела по фактам незаконного пересечения государственной границы. Примечательна реакция официального Кишинева, который, судя по всему, предпочел максимально осторожно отнестись к произошедшему. Даже появившаяся информация о направлении Украине ноты протеста впоследствии не подтвердилась, породив небольшой скандал между МИДом и сообщившим новость парламентарием. Между тем речь идет о достаточно серьезном прецеденте. И хотя украинская сторона в первом случае представила собственное объяснение обстоятельств, повторение подобной ситуации спустя всего два дня едва ли способствовало укреплению взаимного доверия. Происходящее на границе представляет собой лишь одно из проявлений гораздо более глубокой проблемы. За четыре с лишним года войны отношения Молдовы и Украины приобрели очевидно асимметричный характер. Киев привык рассчитывать на особое отношение партнеров, обосновывая свои запросы необходимостью противостоять России. Кишинев же, последовательно поддерживающий украинское руководство, оказался в положении стороны, которой сложно отказать даже тогда, когда предлагаемые решения прямо затрагивают ее собственные интересы. Показательна ситуация вокруг Днестра, переживающего в этом году катастрофическое маловодье. В середине октября премьер Василе Тофан сообщил о договоренности с Украиной по увеличению сброса воды из Новоднестровского гидроузла примерно на 20% – в абсолютных числах достаточно символическое решение с учетом нынешних объемов. Безусловно, дефицит воды затронул и саму Украину, которая вынуждена сохранять запасы водохранилища для обеспечения населения и собственных хозяйственных потребностей. Тем не менее данное обстоятельство не отменяет фундаментального противоречия: для Молдовы достаточный сток Днестра имеет жизненно важное значение, но Киев демонстрирует заинтересованность прежде всего в сохранении подконтрольных ему водных ресурсов. В этой ситуации нашим чиновникам, чтобы поддерживать иллюзию безоблачных межгосударственных решений, приходится оправдывать действия партнеров вместо более настойчивого продвижения позиции, соответствующей интересам Молдовы. В условиях продолжающихся климатических изменений споры вокруг Днестра рискуют стать постоянным источником напряженности. Не меньше вопросов возникает и в экономической плоскости. С 10 августа Молдова предоставила украинским грузам 50-процентную скидку на железнодорожный транзит, действующую до конца года. Для Киева, вынужденного искать альтернативные маршруты экспорта из-за российских ударов по черноморской инфраструктуре, это несомненное достижение. Для нас экономическая целесообразность столь щедрых преференций выглядит уже не столь однозначно, особенно учитывая хронические финансовые трудности национальной железной дороги. При этом украинские запросы постепенно выходят за пределы традиционного торгово-экономического сотрудничества. В сентябре стало известно о заинтересованности Киева в использовании складских мощностей в Молдове для хранения товаров и развития логистических маршрутов. Еще показательнее инициатива по переносу отдельных элементов совместного пограничного контроля на молдавскую территорию. Соседи объясняют ее необходимостью защитить пограничную инфраструктуру от российских атак, и эти опасения отнюдь не беспочвенны – в начале октября подобный удар привел к инциденту возле пункта пропуска Паланка, где пострадал молдавский пограничник. Дополняет картину дискуссия о развитии в Молдове собственного военного производства. Пока власти отрицают, что готовая продукция будет поставляться в соседнюю страну, настаивая на необходимости укрепления собственного потенциала, но поверит ли в это, например, Москва? Общая тенденция достаточно очевидна. Украина стремится компенсировать собственные ограничения за счет расширения сотрудничества с соседями. В условиях войны подобная дипломатическая тактика вполне объяснима, но для нашего руководства создает неудобную ситуацию: отказ может быть воспринят как недостаток солидарности с сопутствующими последствиями и реакцией, тогда как согласие сопряжено либо с упущенной выгодой, либо даже с военными рисками. И все же наиболее серьезное испытание для отношений двух стран связано с европейской интеграцией. Долгое время совместное продвижение в ЕС представлялось Кишиневу выгодной политической конструкцией. Не стоит забывать, что именно стойкость Украины в первые месяцы российского нападения в принципе сделала возможным интеграционный рывок Молдовы. Более того, идущий конфликт в соседней стране обеспечивал постоянное дополнительное внимание Брюсселя, выражавшееся как политически через лояльную риторику и статусные визиты, так и практически посредством финансовой помощи в немалых объемах. Однако по мере продвижения переговоров преимущества такой связки постепенно тают. Молдова, по оценкам европейских чиновников, преуспела в выполнении необходимых требований больше Украины, и потому наши власти рассчитывают быстрее перейти к следующим этапам переговоров. Киев же сталкивается с более сложным комплексом реформ и последствиями войны. Что даже более важно, идея присоединения Молдовы к Евросоюзу вызывает у отдельных стран сообщества гораздо меньше негативной рефлексии, чем куда более крупной и проблемной Украины. Поэтому Украине последние годы регулярно чинятся препятствия, тормозящие ее прогресс в переговорах. Актуальный пример – неожиданная блокировка открытия последних двух кластеров для Украины и Молдовы со стороны Венгрии. Понятно, что мотивы этого решения кроются именно в венгерско-украинских противоречиях, а Молдова пострадала только из-за нахождения в общем тандеме с Киевом. Тем не менее наш восточный сосед резко противится любым идеям по разделению молдо-украинского пакета евроинтеграции. Владимир Зеленский, выступая перед европейскими лидерами 15 октября, прямо назвал это «морально неправильным», сославшись в том числе на роль Украины в обеспечении безопасности Молдовы. По сути, Киев все настойчивее пытается превратить военно-политическую солидарность в аргумент против самостоятельного продвижения Кишинева к членству в Евросоюзе. Для PAS здесь возникает неприятное противоречие. Правящая партия сделала ускоренную евроинтеграцию главным содержанием своей политической программы, однако дальнейшее сохранение жесткой связки с Украиной способно ограничить ее возможности. В то же время публичная поддержка разделения переговорных процессов неизбежно вызовет раздражение у украинцев, привыкших считать Молдову одним из наиболее надежных союзников. И чем ближе мы будем подходить к завершению отдельных этапов переговоров, тем острее будет становится вопрос о допустимости ожидания отстающего партнера. Безусловно, речь пока не идет о полноценном кризисе молдо-украинских отношений, но различие стратегических приоритетов игнорировать все труднее. Украине требуются дополнительные ресурсы, инфраструктура, политическая поддержка и гарантии сохранения своего места в европейской повестке. Молдове же необходимы предсказуемые условия развития, экономически оправданные договоренности и возможность самостоятельно определять темпы собственной интеграции. Положение осложняется и неопределенностью дальнейшей судьбы самой Украины, которая, не исключено, что может решиться даже без ее участия. Продолжительность войны, перспективы мирного урегулирования, изменения внешней поддержки и послевоенные потребности страны остаются факторами, которые мы практически не способны контролировать. Между тем любые новые обязательства перед Киевом легко могут приобретать долгосрочный характер, даже если принимались в расчете на временные обстоятельства. В результате вопрос пересмотра привычной модели взаимодействия с восточным соседом, так или иначе, будет всплывать при определении дальнейших шагов во внешней политике, даже если он не особенно приятен никому в правящей партии. Проблема здесь не в самом сотрудничестве с Украиной, а в ее нежелании выстраивать его на основе более четкого баланса интересов. Судя по всему, впереди Кишинев ожидает непростой период, когда придется лавировать между сохранением хороших отношений с Киевом, требующего все более ощутимых уступок, и попытками защищать собственные интересы с риском навлечь недовольство соседней страны. Готовятся ли в PAS к подобному развитию событий – пока вопрос открытый.