«Евроинтеграция на словах». Почему похвалы из ЕС ничего не меняют для Молдовы

Антон ШВЕЦ

Брюссель продолжает хвалить Молдову за успехи на европейском пути, однако за оптимистичными оценками Еврокомиссии всё труднее разглядеть конкретные перспективы вступления страны в ЕС

В докладе Еврокомиссии о прогрессе Молдовы на пути к членству в ЕС содержатся в основном положительные оценки усилий правительства в последний период. Страна вновь рассматривается в качестве «отличника евроинтеграции», с которым у евробюрократии сложились наиболее комфортные отношения. Кишинёв в отличие от Киева обходится сравнительно дёшево, не пытается навязывать свою волю Брюсселю методами проактивной дипломатии и не конфликтует с отдельными странами-членами. Кишинёв в отличие от Тбилиси не пытается защищать собственную экономику и общество, не говорит о национальных и религиозных ценностях и идентичности, хотя запрещает отдельные политические партии и проекты не менее интенсивно, чем это только планируют сделать в Грузии. Кишинёв в отличие от западно-балканских государств не принадлежит Евросоюзу по географическому умолчанию и находится в регионе, за который по-прежнему разворачивается геополитическая борьба. В качестве бонуса – абсолютно понятное руководство, взращённое европейским истеблишментом и им же протащенное во власть. В общем, идеальный кандидат на роль «передовика» в процессе присоединения к Европейскому союзу. Поэтому похвала в отчётных докладах или в заявлениях еврокомиссара по расширению Марты Кос становится всё более энергичной, но в то же время и всё более оторванной от реальности современной Молдовы – в сфере юстиции, борьбы с коррупцией, политического и информационного плюрализма, экономического развития и прав человека. Здесь брюссельские бюрократы и наши бывшие НПО-шники совершенно точно нашли друг друга в первоочерёдности формы над содержанием, обещаний над целеполаганием, риторики над перспективами. Что будет после 2028 года, когда Марта Кос абсолютно точно и Майя Санду довольно вероятно (если не будет введено военное или осадное положение) не будут занимать собственные должности, в этом смысле мало кого из них интересует. В Кишинёве явно вдохновлены новыми подбадриваниями со стороны Еврокомиссии. И решили активно подыграть на той «поляне», где это лучше всего умеет режим PAS и где это наиболее понятно и приятно текущему созыву евробюрократии. К визиту Марты Кос приурочили открытие линии электропередачи «Вулканешты-Кишинёв», позволяющей импортировать румынское электричество в обход инфраструктуры Молдавской ГРЭС, подведомственной России и расположенной в Приднестровье. Тот факт, что сам Бухарест имеет хронический дефицит и является нетто-импортёром электроэнергии, а также что поддержание стабильности энергосистемы нереализуемо без МГРЭС, пиар-акцию никак не поменял. Важен был политический символизм послания – «освобождение» от энергозависимости от России, которую сами государства ЕС активно симулируют, переходя с российского трубопроводного газа на сжиженный. Среди других знаковых идеологических жестов (помимо выхода из очередных соглашений СНГ, имеющего место практически на каждом заседании правительства Василия Тофана) – активизация разговоров о визовом режиме и антироссийских санкциях. По визам премьер-министр, ссылаясь на опыт Черногории, признал неизбежность их введения для РФ по мере продвижения к членству в ЕС. В свою очередь, министр иностранных дел Михай Попшой пообещал добиться применения всего массива санкций Евросоюза против Москвы (сегодня, исходя из доклада Еврокомиссии, применяется 91%). Вероятно, в Кишинёве рассчитывали на большую щедрость Евросоюза в плане бюджетной поддержки в зимний период, особенно на фоне финансирования, выделенного на вооружение Молдовы по линии европейского фонда мира. Однако Марта Кос «привезла» наименее социально защищённым молдавским гражданам всего 30 миллионов евро – в разы меньше, чем в прошлые годы. Анонсированная еврокомиссаром сумма эквивалентна потреблению сроком менее одной недели по имеющимся контрактам. Ещё такую сумму можно потратить на закупки украинского природного газа в заданном коридоре от 10 до 50 миллионов кубометров. Для полноценных компенсаций этих средств недостаточно, и их выделение само по себе представляет собой лишь красивый жест, ничего принципиально не меняющий. Обменявшись пропагандистскими реверансами, Кишинёв и Брюссель всё же будут вынуждены вернуться к реальности. Оставшиеся два переговорных кластера не открыты. Последний шанс успеть в текущем году – министерская встреча стран ЕС в Дублине во второй половине ноября. Пока отрицательное заключение Венгрии никуда не делось. Далее, даже в случае успеха, куда как более сложный этап – переговоры в рамках кластеров. Кишинёву необходимо будет доказать, что он не только транспонировал законодательство Европейского союза, но также имеет кадровый потенциал, компетенции и бюджет для его имплементации, включая наличие соответствующих функциональных исполнительных органов с персоналом, ставками и должностными инструкциями. Даже при высоком уровне политической лояльности Брюсселя к партии PAS нам такой проект не под силу. Чтобы замаскировать и девальвировать имеющиеся недостатки, потребуется много времени и коллективных символических акций лояльности в духе визовых режимов и санкций против России, принятия мигрантов и т.п. И, в конце концов, решение всё равно будут принимать национальные государства-члены Евросоюза. Крупные страны уже высказывались в духе расширения с ограниченными полномочиями, ряд восточно-европейских государства продолжает ссориться с Киевом. Тема «тандема» с Украиной в этом смысле стоит особняком. Под визит Марты Кос в средства массовой информации вышел посол Украины Паун Роговей. Эмиссар Киева напомнил, что Молдова смогла подать заявку и стать кандидатом на вступление синхронно и во многом благодаря Украине, следовательно, двум странам придётся и дальше двигаться вместе. Отдельные депутаты PAS уже подтвердили этот подход. Между тем перспективы завершения конфликта вокруг Украины после трёхсторонней встречи в Абу-Даби едва ли будут определены. Но уже следуют намёки из Белого дома на трансформацию украинский географии, что равносильно сохранению там территориального конфликта. Допустит ли Россия вхождение Украины в состав ЕС, допустит ли Брюссель в ЕС нецелостную Украину – серьёзные вопросы. Оба в разной степени касаются и Молдовы, где по-прежнему есть фактор Приднестровья, которое то ли впишется, то ли нет в украинскую сделку.