Война в Украине: близится «точка невозврата»?

Главная / Аналитика / Война в Украине: близится «точка невозврата»?
Сергей ЧЕБАН
Все участники российско-украинского конфликта сейчас стоят перед нелёгким выбором, связанным с продолжением или постепенным затуханием боевых действий
Спустя 170 дней войны между Украиной и Россией основные боевые действия сосредоточились преимущественно в Донецкой области. Главная цель российских войск – отвести линию фронта подальше от Донецка и полностью «освободить» территорию т.н. «ДНР», попутно как можно дольше связывая украинские войска в восточных регионах страны. По оценкам военных экспертов, характер действий сторон на протяжении последних недель таков, что подавляющая часть линии фронта фактически замерла. Несмотря на это, многие видные специалисты считают, что Украина и Россия готовятся к новой фазе войны на южном направлении. Москва стянула 25-тысячную ударную группировку на крымско-херсонский участок. К возможным целям этих соединений, в случае если готовится именно наступательная операция, относят окружение Николаева или овладение Кривым Рогом. Также возможен бросок на Запорожье для последующего удара в тыл Донбасской группировке Вооружённых сил Украины. Параллельно с этим на захваченных территориях российские оккупационные власти ускоряют подготовку к проведению «референдумов» о присоединении к РФ. Из-за нестабильного положения в этих регионах голосование планируется провести в нетрадиционном режиме (онлайн, поквартирный опрос, почтовые отправления). Помимо этого, до нужного градуса доводится и общественное мнение, чтобы принять результаты плебисцита. В целом же ситуация, похоже, используется Кремлём как рычаг давления на украинское руководство с целью возобновления переговоров и принятия российских «условий мира». Киев тем временем прилагает максимум усилий, чтобы максимально дестабилизировать ситуацию на оккупированных территориях и не позволить провести там «референдумы». Продолжаются удары дальнобойными ракетными системами по коммуникациям и российским складам вооружений. Между тем, есть основания полагать, что таким «референдарным способом» Москва подталкивает украинское командование к неподготовленному и отчаянному контрнаступлению. Однако далеко не факт, что такой шаг завершится успехом, а украинским вооружённым силам не будет нанесён невосполнимый ущерб. Симметричным ответов стала тактика по дестабилизации крымского полуострова, а также приграничных с Харьковской областью российских регионов. По-видимому, есть расчёт на разогрев общественно-политической ситуации в России, которая вынудит российское руководство отвлекать силы и ресурсы. Отсюда и активная работа по расширению прифронтовой зоны с углублением зоны ударного покрытия территорий под контролем РФ. Широкий международный резонанс приобрела ситуация вокруг Запорожской АЭС, где сложилось очень неоднозначное положение дел. Де-факто станция контролируется российскими вооружёнными силами, а функциональность объекта продолжает обеспечивать украинский персонал. Организация визита делегации МАГАТЭ рассматривается в Киеве в качестве серьёзной угрозы, поскольку может привести к легализации российского контроля над АЭС, поэтому Украина предлагает передачу станции под международное управление с выводом оккупационных войск. Через этот сюжет Киев также пытается добиться от Запада очередных санкций уже в отношении атомной энергетики России и тем самым нанести ещё один болезненный удар по российской экономике. Всё более заметную роль в российско-украинском противостоянии играет Турция. Именно Анкара, по сути, задаёт международный тон, показывая интересный способ выстраивания отношений с Москвой исходя из своих национальных интересов. Турки не только не присоединились к санкционной политике Запада, но и демонстративно наращивают политический и торговый капитал отношений с Москвой, превращаясь в своего рода хаб между Западом и Москвой, а также в главного посредника в переговорах. Заключение и дальнейшая практическая реализация «зерновой сделки» стала для многих заинтересованных сторон зацепкой и рассматривается в качестве важного прецедента. Речь идёт о том, что при наличии широкого международного консенсуса у сторон конфликта есть достаточный запал, чтобы договариваться. По этой причине всё чаще слышны предложения о том, что Киеву и Москве следует развивать переговорный потенциал и пробовать искать решения по другим вопросам, которые могут касаться не только экономики, но и частично затрагивать моменты будущего соглашения о мире. Пока же ситуация в российско-украинском конфликте застыла в совершенной неопределённости: ни полноценной войны – но и ни мира, ни поражения – но и ни победы. У Кремля не хватает сил добиться сокрушительной победы на поле боя, но, с другой стороны, есть запас прочности, чтобы не допустить своего поражения или финансово-экономического краха. В таких обстоятельствах логично, что Кремль хочет переговоров (сигналов достаточно – заявления отдельных говорящих голов, постоянные «мирные» намёки из Анкары и т.д.), но в то же время не готов отступать от своих базовых требований (признание аннексии Крыма, нейтральность Украины, статус «ЛДНР»). Так что, либо Киев принципиально соглашается на условный «Стамбул-2», после чего боевые действия прекращаются и стороны садятся за стол переговоров. Либо следует дальнейшая эскалация, содержащая в себе массу точек невозврата. Поэтому Украина и западные партнёры находятся, вероятно, в стадии принятия решения, поскольку дальнейшее противостояние со стороны Киева возможно исключительно при военной и финансово-экономической помощи Запада. Надо признать, что по истечении полугода помощь с вооружением и финансовые вливания дозированы и не дают чёткой уверенности, что кто-то готов всерьёз вкладываться в победу Украины. Скорее, больший расчёт идёт на утягивание России в трясину длительного конфликта на украинской территории. Более того, есть значительное число политиков как в Вашингтоне, так и Брюсселе, не горящих желанием входить с этой войной в зимний период. С другой стороны, если произойдёт дальнейшее обострение, то нельзя исключать, что Кремль пойдёт на решающий рывок, приняв непопулярное решение о частичной мобилизации, и попытается отрезать Украину от Чёрного моря. В случае успеха это приведёт к географическому сужению соседней страны с опасными вызовами для остальных государств региона, в первую очередь Молдовы и Румынии. Таким образом, все участники конфликта сейчас стоят перед нелёгким выбором, связанным с продолжением или постепенным затуханием военных действий. У каждого из них – не только свой набор возможных потерь, но и потенциальных «призов», правда, с совершенно неясными шансами их заполучить. Прямо сейчас договориться будет очень сложно – но если в этой войне произойдёт резкая эскалация (катастрофа на АЭС, применение тактического ядерного оружия, массовое разрушение инфраструктуры и т.д.), то это будет сделать практически невозможно.
1