Новый закон о гражданстве – мера безопасности или дискриминации?

В попытках установить тотальный контроль над гражданами и получить дополнительные политические и финансовые рычаги власти фактически дискриминировали собственное население

Молдавское гражданство уже несколько лет является одним из практических инструментов влияния правящей партии как на внешнем, так и на внутреннем контуре. Майя Санду лично использовала свои полномочия для демонстрации политической силы. Предоставление гражданства российским оппозиционерам и музыкантам, критикующим курс «путинского режима», а также лишение его жителей Приднестровья, проходящих службу в российской армии (ОГРВ), преподносились как политический сигнал о готовности открыто участвовать в геополитическом противостоянии с Россией на стороне Брюсселя. Новый закон о гражданстве, подписанный президентом 18 сентября и вступивший в силу в конце декабря, прежде всего, имел целью лишить правосубъектности, в том числе избирательных прав, наших сограждан на левом берегу Днестра и представителей диаспоры, проживающих «на Востоке». Однако на деле он привёл к банальной дискриминации жителей самой страны. Можно напомнить, что публичных слушаний и широких консультаций с общественностью по уже вступившему в силу закону не проводилось. Презентуя инициативу в парламенте, члены правящей партии делали акцент на необходимости заставить заявителей знать румынский и знать Конституцию. Русскоязычные граждане давно стали для властей раздражающим фактором: язык, по их мнению, «не учат», называют его молдавским и голосуют против курса на европейскую интеграцию и разрыв отношений с Россией. Такую категорию населения, исходя из логики PAS, следует сокращать. Тем более что молдавский паспорт стал пользоваться популярностью и даже попадал в рейтинги лучших проездных документов в мире. При получении румынского гражданства все проходят стандартные процедуры: проверку знания языка, принесение присяги и т.д. Почему бы, рассудили власти, не ввести схожие требования и при получении гражданства на левом берегу Прута? При таком подходе через десять лет в стране вполне можно будет обеспечить национальное монобольшинство. В отношении сограждан, временно или постоянно проживающих в России и других странах СНГ, логика властей предельно откровенна. Эти люди со временем, по их замыслу, утратят правовую связь с Молдовой. Даже если дети трудовых мигрантов родились в нашей стране, до 14 лет им придётся оформлять документы исключительно на её территории. Родившиеся за рубежом столкнутся с ещё большим количеством бюрократических барьеров для сохранения преимуществ, которые даёт молдавский паспорт. Для многих это становится сомнительным предприятием с учётом сложной логистики и сопутствующих издержек. Необходимость ценой неимоверных усилий сохранять родственные связи вынуждает семьи окончательно вывозить за рубеж детей и престарелых родственников. Статистика это подтверждает. Подход к жителям Левобережья также вполне прозрачен. Те, кто хотел получить молдавский паспорт и продемонстрировать лояльность Кишинёву, за прошедшие годы, по мнению властей, должны были это сделать. Несмотря на регулярно афишируемые Бюро по реинтеграции достижения в увеличении числа документированных граждан в восточных районах, дальнейший прирост электората оттуда признан нецелесообразным. Более того, получение молдавских паспортов сопряжено с детальной проверкой заявителей правоохранительными органами и спецслужбами. При разработке подзаконных актов к новому закону СИБ прямо потребовала для себя полномочия запрашивать дополнительные сведения и проводить беседы с заявителями из Приднестровья. Впрочем, подобная практика неофициально существовала и ранее: в местных СМИ неоднократно сообщалось о якобы попытках давления, «вербовки» и даже задержаний соискателей молдавского гражданства. Переход к жёсткому курсу в отношении Левобережья вызвал неоднозначную реакцию экспертного сообщества в Кишинёве. Отказы в предоставлении гражданства и его лишение объективно тормозят процесс реинтеграции. Значительная часть недокументированных в Молдове граждан таковыми и останется, а рост числа исключительно российских граждан в составе т.н. «российской армии» лишь усугубляет проблему её вывода с территории страны. Однако, судя по отсутствию у властей внятного плана реинтеграции, в правящих кругах возобладал курс на заморозку и изоляцию региона. Вероятно, в ближайшее время следует ожидать ужесточения контроля на административной линии со стороны конституционных структур. Иных быстрых способов формального выполнения требований ЕС в текущих реалиях попросту не существует. Однако попытка пересмотреть гражданско-правовые отношения государства с собственными жителями обернулась откровенным конфузом. Сеть, заброшенная против «геополитически нежелательных» сограждан на Востоке, оказалась недифференцируемой. Под удар попала и диаспора на Западе, которая традиционно и массово поддерживает правящую партию. С 31 марта 2025 года действует обязательная норма о получении идентификационной карты Молдовы всеми лицами, достигшими 14-летнего возраста. Однако ID-карта выдаётся исключительно при проживании на территории страны, что автоматически исключает всю диаспору. Более того, дети молдавских граждан, родившиеся за рубежом и не переехавшие в страну до достижения 18 лет, фактически признаются эмигрантами. Обо всех этих нововведениях широкой общественности стало известно только сейчас. «Вишенкой на торте» стала ситуация, при которой проживающие в стране лишаются конституционных прав, продолжая нести весь объём гражданских обязанностей. Показателен случай молодого человека, прошедшего службу в Национальной армии, но затем оказавшегося перед требованиями сдачи экзаменов по румынскому языку и Конституции, оплатить 6000 леев и ждать год ради получения удостоверения личности. Государство демонстрирует принципиально новую модель отношений со своими гражданами. Если ранее логика власти воспринималась как выражение поддержки и включённости, то теперь многие обязаны доказывать государству право называться его гражданами – и дополнительно платить за это. Перед необходимостью «наверстывать упущенное» окажутся десятки тысяч человек. На днях министр обороны подтвердил планы увеличить численность армии с 6500 до 8500 военнослужащих. Согласно разъяснениям ведомства Анатолия Носатого, защищать Родину можно и без удостоверения личности – достаточно свидетельства о рождении и факта постановки на воинский учёт. Отсутствие удостоверения личности не трактуется как отсутствие гражданства, поскольку Конституция запрещает его произвольное лишение. Однако эти, казалось бы, очевидные аргументы принимаются государством лишь в плане обязанностей, но не прав. В комментариях Агентства публичных услуг звучит та же логика: ответственность за документирование несовершеннолетних полностью возлагается на родителей, тогда как государство фактически устраняется от своей части обязательств. Беззубая позиция народного адвоката, заявившего об отсутствии механизмов реагирования, лишь подтверждает печальную реальность: легальных способов защиты граждан от произвола государства не предусмотрено. Рекомендации омбудсмена по проекту закона о гражданстве в прошлом году были попросту проигнорированы – нет оснований считать, что ситуация изменится сейчас. Опыт стран Балтии по сегрегации населения по гражданско-правовому признаку стал для правящей власти примером и внедряется в Молдове с полным осознанием расширения инструментов влияния и отсутствия страха последствий – по крайней мере, в краткосрочной перспективе.