«Режим зашатался»? Майя Санду и PAS в эпицентре скандалов

В политической истории страны есть немало примеров обрушения правящих режимов, но случается это, как правило, не одномоментно. При этом даже самая устойчивая властная конструкция начинает терять прочность не во время одного большого кризиса, а когда покрывается массой небольших «трещин»: падение доверия, внутренние конфликты элит, раздражение общества, долгосрочный экономический спад, потеря монополии на моральное превосходство. И как раз такой набор мы сегодня всё чаще наблюдаем применительно к конгломерату партии PAS и Майи Санду. И, следовательно, понимаем, какой его ждёт закономерный итог. Концентрация скандалов, которая накрыла правящий лагерь в последние месяцы, достигла критической массы, после которой лидеры PAS и обслуживающие её «говоруны» перестали объяснять, а наконец-то начали признавать ошибки и банально оправдываться. А это уже качественная перемена поведения вместо наблюдаемого доселе политического высокомерия и пренебрежения к общественной критике. Претензии по кадровой политике, трудоустроенным родственникам-чиновникам, финансовым привилегиям и внутренней закрытости системы принятия решений стали для PAS особенно чувствительными. Для общества же эти эпизоды наглядно показывают, что правящая партия сама начала воспроизводить те же практики, против которых выступала в начале своего политического пути. Апофеозом стал скандал вокруг MoldATSA, который власть не смогла ни замолчать, ни сбить накал имеющимися антикризисными средствами. Впервые за годы вскрылся гнойник, в котором оказались замешаны представители первого эшелона власти. Увольнения нескольких сестёр президента стали фактически публичным признанием проблемы, которую режим до последнего пытался скрыть. Одной из самых громких за последнее время стала отставка Раду Мариана. Формально он занимал скромное кресло главы парламентской комиссии, но, по свидетельствам знающих людей, в другой иерархии функционеров он был смотрящим за целыми секторами экономики и ставленником одной из наиболее влиятельных внутренних группировок PAS. Удаление такой фигуры – громкий сигнал о начале передела внутри правящего механизма, который при отсутствии должного контроля может привести к его полной разбалансировке. Показательные кадровые чистки давно стали привычным инструментом любых политических режимов, почуявших нарастающую угрозу своему положению. Однако в нашем случае принесение в жертву приближённых как раз подтверждает обвинения, которые власть прежде отрицала. Получается, раз отставка состоялась, значит, у неё были основания. А раз они были, значит, власть о них знала или должна была знать, но, очевидно, утаивала информацию вплоть до момента, пока всё не вскрылось. Другой болезненный удар PAS получила из-за затеянной налоговой реформы, которая стала буквально «вторым фронтом». Проект новой бюджетно-налоговой политики, предусматривающий выравнивание НДС до 20% на товары первой необходимости, включая газ, лекарства и продукты, угодил прямо в социальный нерв. Правительство сколько угодно может подавать её как попытку «модернизации системы» и «рывок в развитии страны», но для общества на фоне растущей бедности это однозначно воспринимается как дополнительное бремя. В итоге, в том числе и под давлением улицы, власть заговорила о необходимости переосмысления реформы, а затем и вовсе объявила паузу в её проведении. Вероятно, именно личная позиция Санду стала причиной такого принципиального решения. А это уже важный прецедент, поскольку впервые за долгое время фактор улицы заставил правящую группу отступить, невзирая даже на то, что фискальные преобразования от Молдовы требуют внешние партнёры. Свои требования оппозиция публично озвучила 28 июня у здания парламента, где прошли массовые акции протеста. На улицу вышли одновременно парламентская и внепарламентская оппозиция. Причём лидеры протеста намеренно отказались от партийной символики, чтобы собрать всех людей, уставших от правящего режима, вне зависимости от их политических предпочтений. Особенно примечательно, что впервые прозвучали консолидированные требования отставки не только правительства, с чем мы уже свыклись, но и президента. Как известно, до сих пор вокруг неё существовал негласный режим «политической неприкосновенности». Теперь же, как будто, ограничения сняты, и отныне Санду тоже будет открыто подвергаться информационным и политическим атакам. Любая власть начинает выглядеть уязвимой в тот момент, когда оппоненты перестают верить в её непобедимость. Именно это осознание, видимо, и приходит сейчас в нашей оппозиции. PAS долгое время выигрывала не только за счёт поддержки собственных сторонников, но и благодаря отсутствию внятной альтернативы. Лагерь оппонентов был раздроблен, конфликтовал между собой и не мог предложить общий привлекательный проект. Если же новое протестное движение начнёт формироваться вокруг социально-политического недовольства граждан, а не вокруг партийной атрибутики, то тогда у него появятся реальные шансы на политические перемены. Помимо внутренней разбалансировки дополнительным фактором кризиса для власти Санду-PAS являются неблагоприятные внешние обстоятельства. Устойчивость нынешней власти напрямую зависит от финансовой и политической поддержки Европейского Союза, а также отдельных стран-членов. Любые задержки траншей, сигналы о пересмотре условий сотрудничества, охлаждение двусторонних отношений немедленно сказываются на политической стабильности в Кишинёве. В этом смысле особо важно, что наш ключевой союзник в регионе – Румыния – переживает сложнейший внутриполитический кризис, который толкает страну к досрочным парламентским выборам и усилению евроскептиков. Потенциальный взлёт суверенистских сил в Бухаресте создаёт риски для молдавской власти не только символически, но и вполне практически: ослабленная Румыния автоматически означает ослабленный голос в пользу Кишинёва в европейских коридорах. Ситуация настолько непредсказуема, что с лёгкостью можно допустить сценарий, при котором Бухарест неожиданно превратится из многолетнего «адвоката» Молдовы в «прокурора». Было бы поспешным оценивать происходящее как агонию режима, но вот стратегически его судьба точно предрешена. Впрочем, пока Санду вместе с PAS сохраняют жёсткий контроль над системой и политическими институтами, ну а оппозиция лишена единого лидера и внятной программы, способной к реальной конкуренции. Политического обрушения в одночасье точно не случится: уж слишком глубоко и прочно вмонтирован действующий механизм управления в государственный организм. Пока это больше похоже на медленное расшатывание несущих конструкций, и вопрос только в том, когда они не выдержат и рухнут. Не секрет, что основу политического каркаса PAS составляют группировки, которые сосуществуют под общей крышей партийного единства. После череды скандалов и отставок они будут вынуждены заново договариваться о новом балансе. Смогут ли? Не возникнут ли новые непреодолимые противоречия, внутренние конфликты, не спровоцируют ли последние события центробежные процессы? Для любой правящей силы кризисы подобного масштаба – это колоссальное внутреннее перенапряжение. Более того, сигнал от Майи Санду, что она готова пожертвовать самыми преданными соратниками и потребовать от вице-председателя PAS Раду Мариана покинуть свой пост, вряд ли поможет внутреннему сплочению партии.