Зачем нужен демонтаж Гагаузской автономии?

Кишинёв и Комрат по-прежнему не могут договориться по поводу даты и условий проведения выборов в автономии. Мандаты депутатов Народного собрания Гагаузии истекли около 8 месяцев назад, в то время как должность башкана замещает Илья Узун, бывший заместитель Евгений Гуцул, год пребывающей в заключении по сфабрикованному режимом уголовному делу. В начале месяца гагаузские элиты предприняли очередные попытки организовать диалог. НСГ восемнадцатью голосами избрало нового спикера – им стал коммерсант, представитель партии «Строим Европу дома» Валентин Гайдаржи. Он моментально призвал президентуру, парламент и правительство к проведению встреч с целью преодоления кризиса и предложил одновременно провести выборы башкана и депутатов. В парламенте призыв Комрата отбросили. Пресс-секретарь Игоря Гросу обвинила Гайдаржи в связях с беглым олигархом Иланом Шором и объявила об отказе от общения. Такое обвинение в отношении представителя партии Георгия Кавкалюка выглядит полностью абсурдным – вероятно, именно этим и руководствовались гагаузские депутаты, когда голосовали за его кандидатуру. Однако Гросу такое назначение не впечатлило. Максимально надменная позиция главы законодательного органа является чётким политическим сигналом – Кишинёв будет методично додавливать автономию независимо от апелляций Комрата к международному сообществу (Валентин Гайдаржи упоминал письма, адресованные посольствам США, России и Турции). К тому же реакция спикера фактически ставит крест на самой возможности прямых переговоров в близкой перспективе, поскольку остальные реципиенты призыва главы НСГ – президентура и правительство – вряд ли станут заниматься такой задачей. Открыто и официально Майя Санду никогда не вовлекалась в рабочий диалог с представителями Комрата: «под ковром» одно время действовали её эмиссары, но и эти контакты, завязанные на конкретных лиц, давно прекратились. С правительством ситуация много хуже – вчера Александру Мунтяну покинул пост исполняющего обязанности премьер-министра. Майе Санду и PAS потребуется какое-то время с тем, чтобы подыскать сменщика, готового нести на себе все издержки некомпетентного правления партии власти и безропотной реализации требований, спускаемых из президентуры, и тем самым перезапустить функционирование исполнительных органов. В сущности, Валентину Гайдаржи, Илье Узуну и команде, если она у них есть, договариваться не с кем – кто-то высокомерно отказывается, кто-то традиционно не лезет в темы, угрожающие искусственно «надутому» рейтингу, кто-то и вовсе утратил политическую дееспособность. Однако корень проблемы состоит вовсе не в организационной технике. Речь идёт об отсутствии интереса режима к легальному взаимодействию с автономией и амбиции полностью разрушить конструкцию, закреплённую законодательно и функционировавшую на протяжении тридцати лет. Это только подтвердит предсказуемое решение Конституционного суда по запросу Министерства юстиции. Следует помнить, что Валентин Гайдаржи на недавней пресс-конференции призывал отложить заседание и вернуться к переговорам. Однако 7 июля КС в спешном порядке приступил к рассмотрению вопроса о том, обладает ли НСГ полномочиями утверждать состав избирательной комиссии автономии. Десятилетиями эти компетенции Комрата не ставились под вопрос центральными властями, но Кишинёв решил политически (через контролируемую юстицию) изменить трактовку. Конституционный суд прогнозируемо поддержит требования минюста и де-факто изменит процедуру выборов в автономии. После этого дату голосования и состав местной избирательной комиссии утвердит национальный ЦИК. Как именно последний «умеет» проводить выборы (и референдум), хорошо известно. Игнорирование нарушений правящей партии, запрет неугодных кандидатов и политических формирований, недобросовестная агитация и открытые манипуляции (как с голосами левобережных избирателей, когда участки «минировали» и «двигали» в произвольном режиме) – применялись любые неконкурентные методы для достижения перевеса PAS. Очевидно, что на ближайших выборах в Гагаузии, когда бы они не состоялись, победа PAS даже не маячит. Это просто не соответствует предпочтениям населения автономии. И никакие подтасовки и махинации или даже недобросовестный подсчёт голосов не изменят так быстро политическую реальность региона. Вместе с тем режим всё равно заинтересован в том, чтобы протащить хотя бы нескольких «доверенных лиц», которым впоследствии будет поручено интриговать и раскалывать местные политикум и общество для укрепления позиций PAS. Они же смогут «протаскивать» решения по закрытию русских школ, изменению школьных программ, работе СМИ и назначениям в исполком Гагаузии. Процесс демонтажа автономии, если будет продолжаться в условно политическом русле, окажется длительным, но через несколько электоральных циклов (которые легко могут включать и вполне традиционные для всей Молдовы внеочередные выборы) представительство в НСГ и даже фигура башкана могут в существенной степени не соответствовать текущим ожиданиям местных жителей. Параллельно с другими способами румынизации региона, которым ограниченно дали дорогу ещё при руководстве Ирины Влах, PAS и её кураторы будут стремиться трансформировать общественные настроения и политические установки жителей автономии. Однако захват местной избирательной комиссии и политических должностей в Гагаузии не является единственной целью разыгрываемого режимом сегодня гамбита, ради которого центральные власти даже не считаются с принципом субсидиарности – ключевым для функционирования Европейского сообщества и защиты прав национальных меньшинств. Демонтаж автономии – это, прежде всего, очередной русофобский сигнал, запугивающий граждан страны и удовлетворяющий наблюдателей в Брюсселе. Молдова вопреки принятой декларации Европарламента не может предъявить реальные успехи в области реформ, применения законодательства ЕС, экономического развития и уровня жизни. Основным товаром Кишинёва остаётся политическая констатация тотальной лояльности, прежде всего, через разрыв связей с Россией. Недаром в той же декларации выделено присоединение нашей страны к антироссийским санкциям на 88%. Разгром Гагаузии в этом смысле вписывается в стратегию Майи Санду по вступлению в ЕС «через чёрный ход», т.е. путём демонстрации политического клиентелизма и тиражирования мнимых угроз.