Мнение: «Майя Санду и PAS убивают европейские перспективы Молдовы»

Как неадекватная политика реинтеграции в исполнении Майи Санду и PAS поставила под угрозу перспективы вступления Молдовы в Европейский союз – в авторском комментарии Дорина Мокану

Дорин МОКАНУ, RTA: Указ Путина об упрощенном получении гражданства России для всех жителей Приднестровья – потенциальный геймченджер не только для приднестровского урегулирования, но и для геополитических перспектив Молдовы в принципе. Слишком многое указывает на то, что это совсем не «символический и ни на что не влияющий шаг», как о нем говорят наши власти. Показательно, что экспертное сообщество, даже лояльное правящему режиму, наоборот, хорошо понимает, что именно произошло, и уже бьет в набат. Но обо всем по порядку. Итак, теперь всё население левобережья Днестра просто по факту рождения и проживания там будет иметь возможность обзавестись российским гражданством, причем, судя по всему, даже никуда выезжая. Всё делается таким образом, чтобы как можно большее количество желающих и как можно быстрее могло оформить себе российские документы. Достаточно посмотреть на скорость исполнения путинского указа. 15 мая – дата подписания, а уже 25 мая ожидается начало приема заявлений. Для не самой расторопной российской бюрократической машины взятый темп крайне высок и сам по себе демонстративен: это значит, что процесс курируют из очень высоких кремлевских кабинетов, где хотят результатов как можно скорее. Решение президента России прямо увязано с другим важным актом – законом об использовании вооруженных сил РФ за рубежом для защиты граждан от уголовного и иного преследования иностранных государств. Он уже получил одобрение парламента и вступит в силу в ближайшее время. Многие ранее трактовали его узко, как инструмент защиты моряков торгового флота. Теперь же этот закон приобретает совершенно иное звучание. Мы бы и так могли сложить два плюс два, но россияне даже не дали поля для каких-то трактовок. И в комментарии российского посольства в Кишиневе, и в заявлениях официального представителя МИД России Марии Захаровой по поводу упрощенного гражданства для приднестровцев открытым текстом говорится о расширении возможностей для защиты их прав и сделаны недвусмысленные отсылки на новый закон. Собственно, не скрывают россияне и причины своих действий – в сообщении посольства это объясняется «бескомпромиссной и конфронтационной линией Кишинёва». То есть, резкие шаги Кремля являются прямым следствием крайне своеобразной политики Майи Санду и PAS на ниве реинтеграции страны. Здесь хочется спросить наших (не)уважаемых правителей: а вы этого добивались все это время? Пока вы хвастались проникновением национального законодательства на левый берег Днестра и выбиванием экономической базы Тирасполя после разрушения энергетических связей, в реальности прямо сейчас воссоединение страны отдаляется на световые годы. В конце концов, можно сколько угодно собрать с Тирасполя денег, но местный режим при всесторонней поддержке Москвы, – которую он теперь, конечно же, получит – может существовать бесконечно долго. Как итог: многолетняя консервация конфликта без перспектив его завершения. Браво, PAS! Да, именно на правящей партии лежит полная вина за доведение ситуации до такого тупика. Последние несколько лет, я считаю, были окном уникальных возможностей для приднестровского урегулирования. Еще в 2022 году нужно было приступать к решению социально-экономических разногласий параллельно со стартом интенсивных переговоров о политическом статусе Приднестровья. Тем более в тот период ответственные за молдавское направление кремлевские чиновники все еще придерживались линии на возвращение региона в конституционное поле Молдовы на приемлемых условиях. Нет сомнений, что привлекательная модель сосуществования могла бы заинтересовать как население и  бизнес «ПМР», так и Москву, которой в 2022-2023 годах было явно не до приднестровского вопроса и которая согласилась бы на его решение в более или менее адекватной рамке. Но вместо этого был выбран иной путь, где ставка делалась на принуждение Тирасполя к своего рода капитуляции и военный разгром России в Украине. Поэтому власти перестали не то, что обсуждать, а даже иногда и уведомлять левый берег о действиях, которые предпринимались в его отношении, отказались от практически всех прошлых договоренностей и заключения новых, а также больше не говорили об особом статусе для Приднестровья, видя его возвращение на правах рядовой административной единицы. Более того, за эти годы в PAS показали свое отношение к населению региона, позорным образом ограничивая его голосование на национальных выборах, приняв законодательство о сепаратизме, начав лишать некоторых приднестровцев гражданства и т.д. Руководство страны, словно игроки в казино, поставили всё на черное и проиграли. Россия не потерпела поражение, Тирасполь не готов сдаваться, а теперь не сдастся вдвойне, получая мощный буст поддержки извне. Единственное, чего добился правящий режим своей политикой реинтеграции – это то, что Россия всерьез перенесла фокус внимания на приднестровский вопрос. И судя по предпринимаемым шагам, речь не о тактических действиях, а об элементах долгосрочной стратегии. И остается гадать, какие еще мероприятия в ней запланированы. Для тех, кому все еще непонятно, что происходит, скажу так: мы наблюдаем полную смену статуса-кво. Впервые Молдова получила настолько адресные угрозы от россиян, подкрепленные законодательно (!), в случае продолжения нынешней политики PAS по отношению к левобережью. Во-вторых, наши власти добились того, что Приднестровье теперь воспринимается как нечто отдельное от остальной Молдовы – достаточно обратить внимание на формулировки указа или на то, что в российской федеральной медийке все чаще левобережье называют «Приднестровской Молдавской Республикой». И хотя официальная позиция по территориальной целостности Молдовы пока не изменилась, где гарантии, что это не произойдет на каком-то следующем этапе, особенно если у нас не захотят менять подходы к приднестровской проблеме. Но самое главное, что, вынудив Россию к решительным действиям, PAS поставила под угрозу главный национальный проект страны – вступление в Евросоюз. Чтобы ни говорили отдельные чиновники в Брюсселе, практически консенсусное мнение стран ЕС состоит в том, что присоединение Молдовы возможно только в виде единого государственного субъекта. В условиях множества внутренних и внешних вызовов никто не будет тащить к себе в дом еще одного проблемного члена, особенно памятуя кипрский опыт. Тем, кто считает, что я преувеличиваю, стоит задать себе вопрос: а зачем наши чиновники регулярно наведываются в Брюссель и отчитываются по разработанным концепциям и планам реинтеграции? Делают это они явно не из большого желания, а только потому, что ЕС требует прогресса в процессе урегулирования и точно не собирается взвалить на себя эту проблему, как бы ни хотелось того нашим правителям. Уже не раз и не два сказано, что это наше домашнее задание. И повторение как мантры, что «приднестровский вопрос не должен быть препятствием для евроинтеграции», здесь ничему не помогает. Пора уже понять всей нашей правящей элите, что в ЕС сможет вступить только Молдова, избавленная от груза замороженного конфликта. Но вместо шагов по его решению – продуманных и понятных – было сделано всё наоборот для того, чтобы углубить пропасть между двумя берегами. Уже сейчас она практически непреодолима. Занятно, что Майя Санду, словно осознавая, к чему всё пришло, стала очень часто говорить об унире как о запасном пути для движения в ЕС. Хочется спросить главу государства, а наши люди на референдуме или на национальных выборах разве голосовали за потерю государственности и переход под юрисдикцию Бухареста? Если память мне не изменяет, так вопрос не стоял. Вся унионистская риторика в принципе была прикручена еще до недавнего времени – и только теперь хлынула на нас бурным потоком, когда путь в Евросоюз через парадный вход начал жестко сбоить. Я лично не собираюсь ждать еще двадцать-тридцать лет, пока мы все-таки станем полноправным членом ЕС. И настоятельно призываю наши власти перестать топить европейский путь Молдовы и начать что-то менять в своей текущей политике, которая, как уже всем кристально понятно, ничем хорошим закончиться не может. Нынешние решения Москвы – это даже не последнее китайское предупреждение, это формирование основы для дальнейших действий, которые нам явно не понравятся. Ведь кто знает, что будет предпринимать Кремль, когда Приднестровье из региона условных соотечественников станет территорией, где почти поголовно проживают российские граждане. Нарушения прав приднестровцев в глазах Москвы уже скоро превратятся в массовые нарушения прав россиян. А если в таком случае Москва даст отмашку на проведение в левобережье нового референдума? А если она признает их итоги, а дальше и само Приднестровье? Это откроет такой ящик Пандоры, где любое развитие событий будет фатальным. Поскольку возвращение региона силой чревато физическим разрушением государства, а без этого шансы на реинтеграцию практически испарятся. Причем в обоих сценариях о европейских перспективах можно будет забыть навсегда, поскольку в такой конфигурации ни в какой ЕС нас никогда не возьмут. Так, может, не стоит доводить до этих крайностей и начать менять что-то сейчас?